Лицо удивленное, растерянное, а взгляд внимательный, жесткий, оценивающий. Как же я тебя сразу не раскусил, морда Караульная? Настоящий подготовленный убивец вторые сутки морочил мне голову, а я все сюсюкал да носился с ним как с полным бакланом. — Значит так, — сказал я самым неприятным своим голосом. — Либо сейчас ты сядешь там, где стоишь и расскажешь мне всю правду, да так, чтобы я тебе поверил, либо я прострелю тебе ногу и уйду в Зону. А дальше делай что хочешь.
Его лицо вновь стало печальным, как и вечером накануне, когда он рассказывал мне свои байки. Разведя руки в стороны, он демонстративно медленно сел на корточки, потом перекатился на бок и замер в полулежащем положении.
– Я не врал тебе, Клык, — сказал он мягко. Все что я позавчера рассказал тебе — истинная правда.
– Тогда объясни. Четыре автомата против голого кулака — не самый выгодный расклад. Откуда у экстрасенса замашки профессионального киллера? — Автомат в моих руках продолжал гипнотизировать человека напротив. — И почему, карлик который не известно как очутился в лесу, не почуял нас?
– Я не экстрасенс, Клык, — сказал он по-прежнему дружелюбно.
– Да я уж догадался, — отозвался я ядовитым голосом. — Правда не сразу. Какой из тебя экстрасенс? Скорее уж святой монах, воин во славу веры и асассин в одном лице. Прямо орден Тэмплиер какой-то.
– Мы не любим, когда нас так называют, — продолжал он, как ни в чем не бывало. — Шарлатаны дискредитировали смысл слова «экстрасенс». А я же не родился в этом тайном обществе. До того, как принять посвящение, я служил в армии, и неплохо служил, уверяю тебя, потом дал в глаз одному полковнику и в течение недели стал гражданским лицом. Я умею обращаться с оружием и могу неплохо врезать по морде, ну и что с того?
Я скептически поднял бровь и посмотрел на четыре трупа:
– Это значит у них шеи такие слабые оказались, что от одного удара все четыре сломались? Кегельбан на свежем воздухе?
– У меня было мало времени, да и не заботили меня их жизни. Они первые начали.
– Почему они не стреляли? Одна очередь — это скорее всего случайность, когда ты хозяину автомата шею ломал. А это уже на обычный мордобой не похоже.
– Я же тебе говорил, — терпеливо сказал он. — Меня ведет дежурная группа. То есть они могут следить за моим состоянием и оказывать небольшую помощь. Когда состояние приблизилось к критическому, они через меня нанесли ментальный удар по тому, что мне угрожало. Эти, — он кивнул в сторону трупов, — на пару минут оказались парализованными. А сломать человеку шею — дело нехитрое. Труднее решиться, чем сделать.
Я все еще не верил ему. Как-то уж очень просто все получалось. И не просто одновременно.
– Что случилось с карликом? — ответ я уже почти знал, но хотел услышать подтверждение своим догадкам.






