ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Самуил Яковлевич Маршак. Двенадцать месяцевДраматическая Сказка.Написана в 1942-43 гг. для МХАТа. Поставлена в Московском ТЮЗе в 1947, во МХАТе в 48 году. (скан с изд.: Собр. соч. в 8 томах. Т. 2-й, «... Самуил Маршак Двенадцать месяцев Драматическая сказка Действующие лица Старуха-мачеха. Дочка. Падчерица. Королева, девочка лет четырнадцати. Гофмейстерина, высокая, тощая старая дама. Учитель Королевы, профессор арифметики и чистописания. Канцлер. Начальник королевской стражи. Офицер королевской стражи. Королевский прокурор. Посол Западной державы. Посол Восточной державы. Главный садовник. Садовники. Старый Солдат. Молодой Солдат. Волк. Лисица. Старый Ворон. Заяц. Первая Белка. Вторая Белка. Медведь. Двенадцать месяцев. Первый Глашатай. Второй Глашатай. Придворные. Пажи. Косой, косой, Не ходи босой, А ходи обутый, Лапочки закутай. Если будешь ты обут, Волки зайца не найдут, Не найдет тебя медведь. Выходи — тебе гореть! Заяц становится впереди. За ним — две Белки. Заяц . Гори, гори ясно, Чтобы не погасло. Глянь на небо — Птички летят, Колокольчики звенят! Первая Белка . Лови, заяц! Вторая Белка . Не догонишь! Белки, обежав Зайца справа и слева, мчатся по снегу. Заяц — за ними. В это время на полянку выходит Падчерица. На ней большой рваный платок, старая кофта, стоптанные башмаки, грубые рукавицы. Она тянет за собой санки, за поясом у нее топорик. Девушка останавливается между деревьями и пристально смотрит на Зайца и Белок. Те так заняты игрой, что не замечают ее. Белки с разгона взбираются на дерево. Заяц . Вы куда, куда? Так нельзя, это нечестно! Я с вами больше не играю. Первая Белка . А ты, заяц, прыгни, прыгни! Вторая Белка . Подскочи, подскочи! Первая Белка . Хвостом махни — и на ветку! Заяц (пытаясь прыгнуть, жалобно). Да у меня хвост короткий… Белки смеются. Девушка тоже. Заяц и Белки быстро оглядываются на нее и прячутся. Падчерица (вытирая слезы рукавицей).

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Старуха

. Замерзнешь в лесу.

Дочка

. Ну, так вы сами в лес ступайте. Наберите подснежников, а я их во дворец отнесу,

Старуха

. Что же тебе, доченька, родной матери не жалко?

Дочка

. И вас жалко, и золота жалко, а больше всего себя жалко! Ну, что вам стоит? Эка невидаль — метель! Закутайтесь потеплее и пойдите.

Старуха

. Нечего сказать, хороша дочка! В такую погоду хозяин собаки на улицу не выгонит, а она мать гонит.

Дочка

. Как же! Вас выгонишь! Вы и шагу лишнего для дочки не ступите. Так и просидишь из-за вас весь праздник на кухне у печки. А другие с королевой в серебряных санях кататься будут, золото лопатой огребать…

(Плачет.)

Старуха

. Ну, полно, доченька, полно, не плачь. Вот съешь-ка горяченького пирожка!

(Вытаскивает из печки железный лист с пирожками).

С пылу, с жару, кипит-шипит, чуть не говорит!

Дочка

(сквозь слезы).

Не надо мне пирожков, хочу подснежников!.. Ну, если сами идти не хотите и меня не пускаете, так пусть хоть сестра сходит. Вот придет она из лесу, а вы ее опять туда пошлите.

Старуха

. А ведь и правда! Отчего бы ее не послать? Лес недалеко, сбегать недолго. Наберет она цветочков — мы тобой их во дворец снесем, а замерзнет — ну, значит, такая ее судьба. Кто о ней плакать станет?

Дочка

. Да уж, верно, не я. До того она мне надоела, сказать не могу. За ворота выйти нельзя — все соседи только про нее и говорят: «Ах, сиротка несчастная!», «Работница — Золотые руки!», «Красавица — глаз не отвести!» А чем я хуже ее?

Старуха

. Что ты, доченька, по мне — ты лучше, а не хуже. Да только не всякий это разглядит. Ведь она хитрая — подольститься умеет. Тому поклонится, этому улыбнется. Вот и жалеют ее все: сиротка да сиротка. А чего ей, сиротке, не хватает? Платок свой я ей отдала, совсем хороший платок, и семи лет его не проносила, а потом разве что квашню укутывала. Башмачки твои позапрошлогодние донашивать ей позволила — жалко, что ли? А уж хлеба сколько на нее идет! Утром кусок, да за обедом краюшка, да вечером горбушка. Сколько это в год выйдет — посчитай-ка. Дней-то в году много! Другая бы не знала, как отблагодарить, а от этой слова не услышишь.

Дочка

. Ну вот, пусть и сходит в лее. Дадим ей корзину побольше, что я для себя выбрала.

Старуха

. Что ты, доченька! Эта корзина новая, недавно куплена. Ищи ее потом в лесу. Вон ту дадим, — и пропадет, так не жалко.

Дочка

. Да уж больно мала!

Входит Падчерица. Платок ее весь засыпан снегом. Она снимает платок и стряхивает, потом подходит к печке и греет руки.

Старуха

. Что, на дворе метет?

Падчерица

. Так метет, что ни земли, ни неба не видать. Словно по облакам идешь. Еле до дому добралась.

Старуха

. На то и зима, чтобы метель мела.

Падчерица

. Нет, такой вьюги за целый год не было да и не будет.

Дочка

. А ты почем знаешь, что не будет?

Падчерица

. Да ведь нынче последний день в году!

Дочка

.