ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вашему вниманию предлагается новое произведение о мире Иных, мире Дозоров. Название «Секретный Дозор» в полной мере отражает сюжет книги. Кроме уже знакомых Вам по прекрасным произведениям С. В. Лу... Чекист Юрий Мишин Пролог Строго конфиденциально. Только для нижепоименованного лица. Объединенной Всемирной Инквизиции Великому Инквизитору Д О Н О С № 29/1949 11 ноября 1949 года США округ Колумбия Вашингтон МО Источник: агент (человек) «Домовой» На основании Вашего запроса от 12.09.1908, проведя анализ текущей переписки поднадзорного ведомства, нижайше доношу: 23 февраля 1947 года на территории США, штат Нью-Мексико, ферма Розвэлл, был сбит, либо самостоятельно, в виду технической неисправности (достоверно не установлено), совершил вынужденную посадку (падение) летательный аппарат неземного происхождения, ныне именуемый в желтой прессе США, как НЛО (неопознанный летающий объект), или летающее блюдце (тарелка). Факт указанной катастрофы подтверждается соответствующими документами и фотоматериалами (копии прилагаются). При ударе о землю летательный аппарат был почти полностью разрушен. В ходе поисково — спасательных работ, проводившихся в период с 24 февраля 1947 года по 02 марта 1947 года, военными (список фамилий и должностей прилагается) были обнаружены мертвые тела четырех человекоподобных существ и одно живое существо, сильно пострадавшее при аварии. В настоящее время все сохранившиеся части летательного аппарата сотрудниками Министерства обороны переправлены на базу ВВС США, известную под кодовым названием «Зона 51», она же база «Фултон». Местонахождение тел существ инопланетного происхождения и одного живого существа установить не удалось. Предположительно они находятся там же, где и их летательный аппарат, в «Зоне 51». Косвенно указанное обстоятельство подтверждается развернувшимися в 1948 году на территории базы обширными строительными работами и доведением числ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Через некоторое время ноги человека снова разъезжаются в разные стороны, и он едва успевает сохранить равновесие, схватившись за низко свисающую еловую лапу.

— У вас, Николаич, с каждым разом получается все лучше и лучше, — слегка подшучивает над ним, замыкающий шествие.

— Я много тренировался, — мрачно отвечает он и, отряхиваясь от налипшего мусора, говорит, обращаясь к высокому спутнику в надвинутом почти на самые глаза капюшоне:

— Хоть бы фонарик включили, Иосаф Иванович, что ли. Ни чер… ничего же не видно! Даже Луны нет.

— Нельзя. Вам же все объясняли. Во-первых, электроэнергия здесь, даже в малых количествах, может помешать нашей ориентировке, а во-вторых, схрон не подпустит никого ни с чем искусственным. И перестаньте, наконец, поминать его… рогатого. Нельзя этого делать.

— А зачем же их тогда взяли? Фонарики? А?

— На всякий случай. Да и на обратном пути они пригодятся.

Упавший горестно вздыхает, не говоря ни слова поворачивается и идет дальше. Потом не выдерживает и снова спрашивает, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Далеко хоть еще, Сусанины? Ведь протопали уже больше десятка верст. Лучше бы я остался в вертолете.

В разговор встревает третий человек:

— Это вам не авиация, Николаич. Не по пеленгу идем. Сами знаете. А с вашей адской машиной ничего не случится. До ближайшего жилья не одна сотня километров. Вы же сами говорили, что ближе площадки для «Ми-1» не найти.

И помолчав, добавляет:

— Я вот все думаю: и как вы на ней перемещаетесь по воздуху? Ума не приложу. Лично у меня чуть зубы не выпали от тряски. Так бы пришлось тебе, Иосаф, новые мне выращивать.

— Ты не беспокойся на счет зубов. Ты на счет схрона беспокойся. Тут бы самим целыми остаться. А ты — зубы. Постой, мне кажется, что почти пришли. Это должно быть где-то здесь. Если верить Николаичу и его компасу, — тот, кого называли Иосафом Ивановичем, останавливается и, слегка прикрыв глаза, пытается что-то рассмотреть в кромешной темноте леса.

Через пару минут он говорит:

— Ага, вижу. Вон туда. Еще метров пятьсот — семьсот.

Потом он шагает вперед. За ним пытается идти Николаич, но третий человек его останавливает:

— Нет, нет. Вам туда нельзя. Подождите, пожалуйста, здесь.

— Да, да. Конечно. Я чуть не забыл. Людям нельзя близко подходить к схрону, — поддерживает его Иосаф Иванович. — Мы ведь договаривались верно?

— Верно, — обиженно соглашается Николаич, — но так хочется посмотреть.

— Понимаю, но нельзя. К тому же это небезопасно. Он может… В общем это опасно. И не беспокойтесь. Мы вас найдем. Просто оставайтесь на месте и ждите. Когда мы отойдем подальше, можете развести костер. Только небольшой. Погреетесь, просушите обувь.

— Чего мне беспокоиться, — бурчит Николаич. — Назад-то я и без вас выйду. Чай не впервой.