ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как замечательно, когда серую череду будней вдруг разрывает внезапно очутившийся в твоей квартире персонаж любимой компьютерной игры. Он — мужчина твоей мечты, волшебник и честный рыцарь. Он защищает... Котенко А. А Телохранитель Он, прикусив губу, закрыл глаза. В этот момент отец поймал себя на банальной мысли: 'Есть только фокусники в цирке!' Не объяснять же дочке о науке кибернетике и вечно неработающих программах, она не поймет, как не захочет понять и то, что пятьсот эскимо просто так, ниоткуда взяться попросту не смогут. Как жаль, что очередь слишком длинна. Сесть бы сейчас в безумный поезд, пускай ветром вынесет из головы все дурацкие мысли, приземленные объяснения, прозу жизни. Хоть на несколько минут забыться б и почувствовать себя тем самым волшебником, который просто так, ниоткуда возьмет и подарит дочке не пятьсот, а целый вагон вкуснейшего мороженого. Но очередь двигалась медленно, а Ларочка ждала ответа. — Когда вырастешь большой, и будет тебе не пять, а двадцать, скажем, пять… — и тут отец, видимо, понял, что нельзя так топтать детскую мечту да еще и в день рождения… — Только тогда ты сможешь отыскать своего волшебника… — Но папа, найди волшебника ради меня, ты же уже взрослый! Я хочу жить в одной квартире с добрым волшебником! — не унималась девочка. — Прямо сейчас… Отец, видимо, готов был начать изложение философского трактата, но пятилетнему ребенку этого не понять. Он осекся. — Пойдем, наш безумный поезд уже на перроне, Ларочка! Улыбнувшись, девочка протянула ему худенькую ладошку, и они зашли в вагончик аттракциона. А, может, волшебники существуют? И Ларочке улыбнется удача? Банальность и повседневность выпили из души чувства. Мечты становились все более туманными и неясными, уходили как можно дальше, когда во главу угла ставился успех на работе, хорошая зарплата, второе высшее и прочие будничные радости. Улыбка Гулливера в центральном парке все си

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Котенко А. А

Телохранитель

Он, прикусив губу, закрыл глаза. В этот момент отец поймал себя на банальной мысли: 'Есть только фокусники в цирке!' Не объяснять же дочке о науке кибернетике и вечно неработающих программах, она не поймет, как не захочет понять и то, что пятьсот эскимо просто так, ниоткуда взяться попросту не смогут. Как жаль, что очередь слишком длинна. Сесть бы сейчас в безумный поезд, пускай ветром вынесет из головы все дурацкие мысли, приземленные объяснения, прозу жизни. Хоть на несколько минут забыться б и почувствовать себя тем самым волшебником, который просто так, ниоткуда возьмет и подарит дочке не пятьсот, а целый вагон вкуснейшего мороженого.

Но очередь двигалась медленно, а Ларочка ждала ответа.

— Когда вырастешь большой, и будет тебе не пять, а двадцать, скажем, пять… — и тут отец, видимо, понял, что нельзя так топтать детскую мечту да еще и в день рождения… — Только тогда ты сможешь отыскать своего волшебника…

— Но папа, найди волшебника ради меня, ты же уже взрослый! Я хочу жить в одной квартире с добрым волшебником! — не унималась девочка. — Прямо сейчас…

Отец, видимо, готов был начать изложение философского трактата, но пятилетнему ребенку этого не понять. Он осекся.

— Пойдем, наш безумный поезд уже на перроне, Ларочка!

Улыбнувшись, девочка протянула ему худенькую ладошку, и они зашли в вагончик аттракциона.

А, может, волшебники существуют? И Ларочке улыбнется удача?

Банальность и повседневность выпили из души чувства. Мечты становились все более туманными и неясными, уходили как можно дальше, когда во главу угла ставился успех на работе, хорошая зарплата, второе высшее и прочие будничные радости. Улыбка Гулливера в центральном парке все сильнее угнетала, напоминая о беззаботном детстве и счастливом дне рождения, когда Ларочка с папой гоняли на безумном поезде, вместо которого сейчас стоял какой-то до сумасшествия яркий иностранный клон. Поезд до сих пор катал своих пассажиров из Москвы в Москву. Но ездить на нем, подставлять лицо ветру, с замиранием сердца ждать очередного виража не хотелось.

Привести бы сюда свою дочурку или сынишку — думала Лариса, гуляя по шумному парку, когда чужие веселые детишки чуть не сбивали ее с ног, лохматый Скрат из 'Ледникового периода' предлагал ей сладкую вату, а Шрек звал сфотографироваться отнюдь не за бесплатно.

В этом мире нет чудес. Не может быть и волшебников. Это не осмелился сказать ей отец двадцать лет назад. Отца уже нет. Он тяжело заболел в прошлом году и угас буквально за несколько месяцев. Последний из родных людей, который был у Ларисы. Теперь она, довольно привлекательная рыжая принцесса с пронзительным взглядом изумрудных глаз, осталась одна.