ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Весь мир потрясен сенсационным сообщением Ватикана: всего через три недели Дева Мария явится людям в священном гроте в Лурде и совершит чудесное исцеление. Среди пяти миллионов больных и страждущих... Чудо Ирвин Уоллес Говорят, что чудеса — в прошлом. Шекспир, 1602 г. Времена чудес минули? Времена чудес навечно с нами! Томас Карлайл, 1841 г. Тем, кто верит в Бога, объяснения не нужны; тем, кто не верит в Бога, ничего не объяснишь. Преподобный Джон Лафарж Состояние блаженного восторга длилось в течение часа, и к концу этого времени девочка-провидица проползла на коленях от того места, где молилась, к кусту дикой розы, росшему прямо на скале. Там, собрав все свои силы словно бы для какого-то подвига, она поцеловала землю и, все так же не вставая с колен, вернулась на прежнее место. Ее лицо в последний раз озарилось небесным светом, который стал медленно меркнуть, пока не угас вовсе. Пророчица еще некоторое время продолжала молиться, но теперь это снова была все та же маленькая крестьянская девочка. Наконец Бернадетта поднялась на ноги, подошла к своей матери, и они затерялись в толпе». Взбираясь по склону холма вместе с матерью, Бернадетта вкратце пересказала ей содержание беседы, которая произошла у нее с загадочной дамой. Являясь девочке раньше, дама уже открыла ей две тайны, а сегодня настал черед последней, третьей. Позже, когда переродившийся из циника в праведника Эстрад подружился с Бернадеттой, он спросил ее, что сообщила ей Дева во время своего седьмого явления. «В ответ я услышал,— вспоминал Эстрад,— что открытые ей тайны касались только ее самой, и никого больше. Провидица также сказала, что она не может открыть эти тайны никому, даже своему исповеднику. Любопытные предпринимали многочисленные попытки выведать у девочки содержание трех тайн с помощью хитрости или щедрых посулов, но все они потерпели неудачу. Бернадетта пронесла тайны до могилы, так и не откры

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Широкое, покрытое морщинками благообразное лицо человека, собравшегося достойно встретить старость, мохнатые брови, седеющие виски — вся внешность этого человека навевала мысли о его огромном опыте, мудрости и доброте.

После того как Аманда села, доктор Уитни снова опустился в кресло, закрыл папку, лежавшую перед ним на столе, и сразу перешел к делу:

— Мисс Спенсер, я посчитал, что нам лучше поговорить лично, поэтому и попросил вас заехать. Дело касается Кена и операции. Надеюсь, мое неожиданное предложение не доставило вам хлопот?

— Для меня самое важное — Кен.

— Насколько мне известно, он сказал вам, что операция — это его единственный шанс?

— Он мало что говорил. Сказал, что никаких гарантий нет, но операция дает хоть какую-то надежду на выздоровление и он готов пройти через это. Я была рада, что он принял такое решение, и всячески поддерживала его.— Аманда помолчала, а затем спросила: — Скажите, доктор, каковы все же его шансы?

Доктор Уитни заговорил, тщательно подбирая слова:

— Если операцию сделать, шансы есть, если не делать — ни единого. Я провел кое-какую предварительную работу и хотел бы поделиться с вами тем, что мне удалось выяснить. Около года назад я прочитал научную статью, написанную доктором Морисом Дювалем из Парижа. Он разработал новую технологию лечения подобных заболеваний, которая сочетает в себе хирургическое вмешательство, использование имплантатов и генную инженерию. Все эксперименты доктора Дюваля были успешными, но загвоздка в том, что до сегодняшнего дня он проводил их только над животными. На человеке данная технология еще не опробована. Я обсуждал эту тему с несколькими видными американскими хирургами, которым также приходилось слышать о достижениях доктора Дюваля, но они считают, что новая технология еще не готова для того, чтобы опробовать ее на человеке. Поэтому, учитывая тот факт, что время в нашем случае является ключевым фактором, у нас остается только одна возможность — традиционная операция по замене пораженной части костной ткани. Иногда это лечение оказывается успешным.

— Иногда… — печальным эхом повторила Аманда.

— Позвольте, я уточню,— проговорил доктор Уитни.— В отношении этого рода операций существует определенная статистика. Если сделать операцию прямо сейчас, пока поражение тканей у Кена еще не зашло слишком далеко, я даю тридцать процентов в пользу того, что Кен сумеет избавиться от рака и вернуться к нормальной жизни. Но остаются еще семьдесят процентов возможности неудачного исхода. Увы, такова статистика. Тем не менее я повторяю: у нас нет иного выхода, кроме как двигаться вперед.

— И когда же мы начнем двигаться вперед?

Доктор Уитни нахмурился.

— Сомневаюсь, что начнем,— ответил он.