ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Книга Юн Чжан, впервые опубликованная в Великобритании в 1991 году (премия «Британская Книга года»), переведена на 32 языка, но до сих пор не издана по — китайски.История семьи сквозь призму драмат... Дикие лебеди Юн Чжан От переводчика Перед вами одна из самых известных книг о Китае XX века. Автор с ее эпической неторопливостью рассказывает историю бабушки, матери и свою собственную: до отъезда в Великобританию в возрасте двадцати шести лет Юн Чжан (Имя автора (Jung Chang) в предшествующих российских публикациях писалось в традиционной русской транскрипции — Чжан Жун. В данном издании по просьбе автора закреплено иное написание.) успела побывать «барышней из благородной семьи», «красным охранником» — хунвэйбином, крестьянкой, «босоногим врачом», рабочей, студенткой, преподавателем английского языка и, наконец, выиграть стипендию на обучение в Англии — каждый раз она не сомневалась, что судьба ее определена на всю жизнь. Родилась Юн Чжан в 1952 году в провинции Сычуань, самой большой, густонаселенной и до недавнего времени изолированной от остального Китая трудноодолимыми горными перевалами, — загадочной первозданной земле и «житнице Поднебесной». Но писательница знакомит нас не только со своей родиной, она ведет читателя через весь Китай — от суровых заснеженных маньчжурских степей до полудикой субтропической Юньнани. Автору поразительным образом удалось сочетать взгляд изнутри с европейским мировосприятием. Пожалуй, именно умение, «не ведая ни жалости, ни гнева», рассказать о трагическом и прекрасном в судьбе своего древнего народа и принесло Юн Чжан огромную популярность на Западе, восторженные отзывы критиков и несколько крупнейших литературных премий, включая «Британскую книгу года». Беспристрастность и честность, видимо, действуют всего сильнее — недаром книга до сих пор запрещена к публикации в Китае, где вышли в свет гораздо более политизированные произведения

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но семья не могла не слышать о том, что творили японцы. На бескрайних просторах северной Маньчжурии они жгли деревни и сгоняли тех, кто выжил, в «стратегические поселения». Более пяти миллионов человек, около одной шестой населения, остались без крова, десятки тысяч погибли. Рабочие умирали в шахтах, где они под надзором японцев добывали руду для отправки в Японию — Маньчжурия была очень богата полезными ископаемыми. Многие страдали солевым голоданием, и им не хватало сил совершить побег.

Долгое время доктор Ся утверждал, что император не знает о жестокости японцев, потому что фактически и сам их узник. Но когда Пу И стал называть Японию не «дружественной соседней державой», как раньше, а «державой — старшим братом», а потом «державой — родительницей», доктор Ся удар/ил кулаком по столу и обозвал его «слабоумным трусом». Но даже тогда он говорил, что не знает, насколько император отвечает за зверства, пока в жизни семьи Ся не произошли два горестных события.

В конце 1941 года в кабинет доктора Ся вошел незнакомец. Он был одет в лохмотья, истощен и не мог разогнуться. Человек объяснил, что он железнодорожный кули и его мучают страшные боли в животе. На работе ему приходилось триста шестьдесят пять дней в году от рассвета до заката таскать тяжелые грузы. Он не знал, как ему быть, потому что без работы не мог прокормить жену и новорожденного ребенка.

Доктор Ся сказал, что желудок этого человека не способен усваивать грубую пищу. 1 июня 1939 года правительство объявило, что отныне все запасы риса предназначаются для японцев и кое — кого из коллаборационистов. Большинство местного населения питалось желудевой мукой и гаоляном, которые почти невозможно было переварить. Доктор Ся бесплатно дал человеку лекарство и попросил у бабушки мешочек риса, купленный ею на черном рынке.

Вскоре доктору Ся сообщили, что этот человек умер в концлагере. Вернувшись из лечебницы, он поел риса и вышел на работу, где его вырвало. Японский надсмотрщик заметил в блевотине рис, кули арестовали как «экономического преступника» и отправили в лагерь, где он прожил всего несколько дней. Когда жена узнала, что с ним случилось, она утопилась вместе с ребенком.

Этот случай поверг доктора Ся и бабушку в глубокое горе. Они винили себя в его смерти. Не раз доктор Ся говорил: «Рис не только спасает, но и убивает! Маленький мешочек — три жизни!» Он начал называть Пу И «этот тиран».

Вскоре беда подошла ближе. Младший сын доктора Ся работал в Исяне учителем. Как и во всех школах Маньчжоу — го, в кабинете директора — японца висел большой портрет Пу И, которому все должны были кланяться всякий раз, как заходили туда. Однажды сын доктора Ся забыл поклониться портрету.