ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«…Лица наступающих, хорошо освещенные уличным фонарем, ясно выражали их намерения. Учитывая еще то, что они уже разгорячены кровью из разбитой губы Андрея, до ударов оставалось недолго. Несмотря на си... Бывший Виталий Дёмочка Пролог Это было похоже на приемную комиссию в театральном институте. Виталий никогда не поступал учиться и не знал, как там все происходит в действительности. Но, по его представлениям, которые складывались скорее всего из просмотра старых фильмов, примерно так там все и делалось. Только стол, с сидящими за ним «членами приемной комиссии», был не прямым, а Т-образным. И он не стоял перед их оценивающим взором и не демонстрировал свои способности. Сидя в кресле у стены и перебирая четки, он спокойно отвечал на вопросы сидящих за этим столом продюсеров, которым предложил совместную съемку следующего фильма. — А кто монтировал ваш первый фильм? — спросил один из них, представившийся Андреем Петровичем. — Сам монтировал, — ответил Виталий и, предупреждая множество вопросов по этому поводу, сразу пояснил: — Я знаю обо всех косяках и всех затянутостях. Если где-то слеплено так, значит, по-другому там сделать было нельзя из-за плохих записей. А любую затянутость я могу объяснить, если вам это интересно. Это был мой первый фильм, я преследовал им очень много целей, и любой затянутый диалог что-то значил для меня. — Я понял это в некоторых местах, — кивнул головой другой продюсер, по имени Сергей. — Например, в длинном монологе в кабинете предпринимателя, где вы говорите об отношении общества к бывшим заключенным. Ну, а как вы объясните, к примеру, титры? Они у вас очень долгие. — Здесь вообще все просто, — ответил Виталий. — Платных профессиональных актеров там было совсем немного. А моих друзей, кто когда-то сидел со мной в лагерях и имел какие-то дела, больше ста человек было. Кто-то не дожил до конца съемок, кто-то в тюрьму попал… Я не мог, чтобы их

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Хорошее настроение адвоката говорило еще и о том, что если что и случилось, то не очень страшное и наверняка поправимое. Улыбнувшись и поздоровавшись с ним за руку, Виталий сел за стол, где уже стояла налитая для него чашка чая и, отхлебнув, стал сворачивать блин.

— А руки даже не дрожат, — весело пошутил Артур Вениаминович, наблюдая за его руками. — Как тебе тигр их не оттяпал?

— Ты бы там был, вообще бы обосрался, — отшутился Виталий и уже серьезным тоном перевел разговор на тему приезда: — Ты чего так рано?

— Этот олень, Пивоваров, заявление на тебя написал, в уголовно-исполнительную инспекцию, о том, что у вас с ним конфликт.

— Он не олень, он еще маленький, он Олешка. Олешка Пивоваров, — опять развеселился Бандера. Многократные попытки Пивоварова младшего усадить его за решетку уже давно не раздражали, а только смешили его. — Ну и что ему это даст? Менты его даже слушать не станут.

— Ошибаешься, там не менты, — адвокат вдруг стал серьезным. — Еще пара таких заявлений и тебе заменят твой условник на зону. Это другая система. Так что Олешка твой вырос, уже взрослый и матерый олень.

— Да Олешка он еще, — продолжал смеяться Виталий, — сам бы он не додумался, подсказал кто-то. А что, там в конторе этой, действительно, все так серьезно?

— Конфликты считаются злостным нарушением режима, а это…

— Да кончай ты говорить это таким траурным тоном, — все так же весело перебил его Бандера. — Давай, колись, че ты там придумал? Ты бы не сидел здесь, не улыбался при встрече, если бы так все серьезно было.

Поняв, что его раскусили, Артур Вениаминович вновь заулыбался.

— Да ничего страшного еще нет. Но тебе надо уехать на месяц куда-нибудь подальше, пока закончится испытательный срок.

— Мне же нельзя уезжать, — возразил Бандера и задумался.

— Можно, — ответил Артур Вениаминович и тоном, не терпящим возражений продолжил: — Скажешь, что фильм надо лицензировать или еще что-нибудь, тебя отпустят, месяц всего остался. И уезжай сегодня же. Прямо сейчас съезди в инспекцию, тебе сделают предупреждение. Не пререкаясь, скажи, что все будет нормально, буду вести себя хорошо, распишись и отпросись на месяц.

— Только фильм запустили, — начал было Виталий, но теперь его уже перебил адвокат:

— Фильм мы и без тебя здесь покажем. А если сегодня не уедешь, уже к вечеру может быть еще одно заявление, тогда будет уже сложнее. Поторопись, твой самолет в два часа улетает.

— Ты что, уже билет заказал? — грустно спросил Виталий, улетать ему явно не хотелось.

— Конечно. Твоя безопасность — это моя работа, — Артур Вениаминович одним глотком допил чай и положил на стол билет на самолет. — Покажешь в отделе.