ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«…Лица наступающих, хорошо освещенные уличным фонарем, ясно выражали их намерения. Учитывая еще то, что они уже разгорячены кровью из разбитой губы Андрея, до ударов оставалось недолго. Несмотря на си... Бывший Виталий Дёмочка Пролог Это было похоже на приемную комиссию в театральном институте. Виталий никогда не поступал учиться и не знал, как там все происходит в действительности. Но, по его представлениям, которые складывались скорее всего из просмотра старых фильмов, примерно так там все и делалось. Только стол, с сидящими за ним «членами приемной комиссии», был не прямым, а Т-образным. И он не стоял перед их оценивающим взором и не демонстрировал свои способности. Сидя в кресле у стены и перебирая четки, он спокойно отвечал на вопросы сидящих за этим столом продюсеров, которым предложил совместную съемку следующего фильма. — А кто монтировал ваш первый фильм? — спросил один из них, представившийся Андреем Петровичем. — Сам монтировал, — ответил Виталий и, предупреждая множество вопросов по этому поводу, сразу пояснил: — Я знаю обо всех косяках и всех затянутостях. Если где-то слеплено так, значит, по-другому там сделать было нельзя из-за плохих записей. А любую затянутость я могу объяснить, если вам это интересно. Это был мой первый фильм, я преследовал им очень много целей, и любой затянутый диалог что-то значил для меня. — Я понял это в некоторых местах, — кивнул головой другой продюсер, по имени Сергей. — Например, в длинном монологе в кабинете предпринимателя, где вы говорите об отношении общества к бывшим заключенным. Ну, а как вы объясните, к примеру, титры? Они у вас очень долгие. — Здесь вообще все просто, — ответил Виталий. — Платных профессиональных актеров там было совсем немного. А моих друзей, кто когда-то сидел со мной в лагерях и имел какие-то дела, больше ста человек было. Кто-то не дожил до конца съемок, кто-то в тюрьму попал… Я не мог, чтобы их

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Поездка в Истамбул, в любом случае, означает, что она будет в Москве какое-то время. Вот там-то ей с Виталием точно никто бы не помешал, если бы она пожелала с ним встретиться. Закрыв глаза и замечтавшись, она забыла даже, что цель ее поездки в Москву будет — транзит в Истамбул к другу, который, как она надеялась, поможет забыть ей прошлое.

Ирина посмотрела на часы: половина шестого. В Москве в это время — десять тридцать утра. Ее новый телефон Виталий не знал, и она набрала его номер, чтобы проверить, со своим он там номером или нет.

Виталий сидел в салоне мобильной связи. Он только что активировал московскую симкарту и, складывал документы, сминая и выбрасывая в корзину ненужные бумажки договоров. Вдруг мобильник резко задрожал на столе и раздался звонок. Подумав, что это проверка связи, Виталий сразу нажал соединение и ответил. Там промолчали и он положил трубку. «Странная поверка», — подумал он и посмотрел входящие звонки. Номер был не московский, приморский. Удивленно смотря на телефон, он не мог понять, кто мог узнать его номер, если он сам только что его узнал? Уставшие мозги соображали медленно. Он не сразу вспомнил, что включил переадресацию со своего номера на новый. Поняв это, Виталий решил перезвонить и узнать, кому этот незнакомый номер принадлежит, и набрал его с московского. На другом конце трубку не брали долго, а когда взяли, то промолчали и, услышав его «Але», разъединились.

«Уроды», — подумал Бандера, решив, что кто-то ошибся номером. Думать о чем-либо другом он не мог, голова от недосыпания или от двух литров выпитого за ночь кофе так болела, что он даже не хотел думать об этом. Выйдя из салона, Виталий подошел к обочине и поднял руку навстречу машинам. В этот раз остановились как и положено «Жигули».

— Куда? — спросил водитель через открытое окно.

— Мне, где машины японские продаются. Знаешь?

— На Мытищинском рынке продаются, там много машин и японские тоже есть.

— Ну вот туда мне, значит, — сказал Виталий и открыл дверцу.

— Сколько? — спросил водитель.

— Сколько денег в смысле? — переспросил Виталий недоуменно и остановился, не садясь на сиденье.

— Ну да, сколько дашь?

— А сколько надо?

— Дашь сколько? — настойчиво спрашивал водитель.

— Да ты скажи, сколько надо, ты че? — начал раздражаться Бандера.

— Так дашь сколько? — опять переспросил тот.

Бандера уже окончательно разозлился и, зло глядя на водителя, прорычал:

— Сколько надо, столько и дам. Сколько надо?

Видимо, лицо недовольного клиента так испугало водителя, что он нажал на газ, и машина тронулась с места так резко, что дверца сама захлопнулась на ходу.

Бандера зло посмотрел ему вслед. Потом развернулся и опять поднял руку. Благо, что теперь знал, куда ехать.