ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«…Лица наступающих, хорошо освещенные уличным фонарем, ясно выражали их намерения. Учитывая еще то, что они уже разгорячены кровью из разбитой губы Андрея, до ударов оставалось недолго. Несмотря на си... Бывший Виталий Дёмочка Пролог Это было похоже на приемную комиссию в театральном институте. Виталий никогда не поступал учиться и не знал, как там все происходит в действительности. Но, по его представлениям, которые складывались скорее всего из просмотра старых фильмов, примерно так там все и делалось. Только стол, с сидящими за ним «членами приемной комиссии», был не прямым, а Т-образным. И он не стоял перед их оценивающим взором и не демонстрировал свои способности. Сидя в кресле у стены и перебирая четки, он спокойно отвечал на вопросы сидящих за этим столом продюсеров, которым предложил совместную съемку следующего фильма. — А кто монтировал ваш первый фильм? — спросил один из них, представившийся Андреем Петровичем. — Сам монтировал, — ответил Виталий и, предупреждая множество вопросов по этому поводу, сразу пояснил: — Я знаю обо всех косяках и всех затянутостях. Если где-то слеплено так, значит, по-другому там сделать было нельзя из-за плохих записей. А любую затянутость я могу объяснить, если вам это интересно. Это был мой первый фильм, я преследовал им очень много целей, и любой затянутый диалог что-то значил для меня. — Я понял это в некоторых местах, — кивнул головой другой продюсер, по имени Сергей. — Например, в длинном монологе в кабинете предпринимателя, где вы говорите об отношении общества к бывшим заключенным. Ну, а как вы объясните, к примеру, титры? Они у вас очень долгие. — Здесь вообще все просто, — ответил Виталий. — Платных профессиональных актеров там было совсем немного. А моих друзей, кто когда-то сидел со мной в лагерях и имел какие-то дела, больше ста человек было. Кто-то не дожил до конца съемок, кто-то в тюрьму попал… Я не мог, чтобы их

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Зарекался же, бля, не ходить больше ни к кому, — Бандера сплюнул от досады. — Тебя послушал…

— Да ладно тебе. Был же шанс, что его упускать было? Так чё теперь делать будем?

— Фирму твою продадим, — сказал Виталий с серьезным видом.

* * *

Он стоял на крыше черного «Ленд Крузера» и тянул правую руку к небу, как будто пытаясь достать там что-то. Глянув на дисплей сотового телефона, зажатого в этой руке, увидел всю ту же удручающую надпись: «Нет сети». Обреченно вздохнув и сунув телефон в карман спортивной куртки, он спрыгнул на дорогу, если ее можно было так назвать, и стал смотреть на спущенное колесо джипа. Надо же было проколоть колесо в такой глуши, где не то что телефон не берет, но даже машины не ездят. Да еще и домкрат оказался нерабочим, покупая машину, год назад, не удосужился его проверить. А продавцы и здесь делают свои деньги, пользуясь тем, что домкраты никто не проверяет, меняют их на старые, а новые потом продают отдельно.

Он еще раз с тоской в глазах посмотрел по сторонам: лес во всей округе был сплошь молодняк, забраться на такие деревья выше высоты «Ленд Крузера» не реально, а идти пешком, бросив машину, не хотелось.

Если по закону подлости даже домкрат оказался нерабочим, то когда уйдешь, там, где люди проезжают раз в неделю, точно кто-нибудь появится, и ему точно захочется разобрать дорогой автомобиль на запчасти. Пушкинский полигон, на который он ехал договориться о бане и стрельбище для друзей, был километрах в пяти. За время, пока туда доберешься и вернешься назад, даже если обратно и на машине, «охотники», из расположенной километрах в десяти деревни Яконовка, успеют снять двигатель и сдать на металлолом. Доехать же до полигона на спущенном колесе тоже не получится, дорога местами так размыта, что увязнешь, и будет еще хуже.

Пройдя немного вперед, он еще раз посмотрел по сторонам, надеясь найти высокое толстое дерево. Вглядываясь в листву деревьев, вдруг увидел смотрящие прямо на него тигриные глаза и замер. По коже пробежали «мурашки», не хватало еще погибнуть здесь, в пасти зверя, прекрасное дополнение к свалившимся на него неприятностям. До машины не добежать. Выглядывавшая из листвы здоровенная голова уссурийского тигра, являвшегося одним из самых крупных хищников в мире, явно что-то замышляла. Уши были прижаты, и лопатки торчали выше прижатой головы. Проще говоря, даже не профессионалу, было понятно, что тигр готовится к прыжку на стоявшего на дороге человека.

А человек, в «стеклянных» глазах которого невозможно было увидеть страх, охвативший его, стоял и смотрел прямо в глаза зверя, нащупывая за спиной рукоять старого, но надежного и невероятно убойного маузера.