ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«…Лица наступающих, хорошо освещенные уличным фонарем, ясно выражали их намерения. Учитывая еще то, что они уже разгорячены кровью из разбитой губы Андрея, до ударов оставалось недолго. Несмотря на си... Бывший Виталий Дёмочка Пролог Это было похоже на приемную комиссию в театральном институте. Виталий никогда не поступал учиться и не знал, как там все происходит в действительности. Но, по его представлениям, которые складывались скорее всего из просмотра старых фильмов, примерно так там все и делалось. Только стол, с сидящими за ним «членами приемной комиссии», был не прямым, а Т-образным. И он не стоял перед их оценивающим взором и не демонстрировал свои способности. Сидя в кресле у стены и перебирая четки, он спокойно отвечал на вопросы сидящих за этим столом продюсеров, которым предложил совместную съемку следующего фильма. — А кто монтировал ваш первый фильм? — спросил один из них, представившийся Андреем Петровичем. — Сам монтировал, — ответил Виталий и, предупреждая множество вопросов по этому поводу, сразу пояснил: — Я знаю обо всех косяках и всех затянутостях. Если где-то слеплено так, значит, по-другому там сделать было нельзя из-за плохих записей. А любую затянутость я могу объяснить, если вам это интересно. Это был мой первый фильм, я преследовал им очень много целей, и любой затянутый диалог что-то значил для меня. — Я понял это в некоторых местах, — кивнул головой другой продюсер, по имени Сергей. — Например, в длинном монологе в кабинете предпринимателя, где вы говорите об отношении общества к бывшим заключенным. Ну, а как вы объясните, к примеру, титры? Они у вас очень долгие. — Здесь вообще все просто, — ответил Виталий. — Платных профессиональных актеров там было совсем немного. А моих друзей, кто когда-то сидел со мной в лагерях и имел какие-то дела, больше ста человек было. Кто-то не дожил до конца съемок, кто-то в тюрьму попал… Я не мог, чтобы их

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Предчувствия у парней были самые скверные, все гильзы были от пистолета ТТ, которого, как они знали, у их друга не было. Выходит, что стреляли в него.

Пройдя чуть вперед по траве, где лежали еще гильзы, Старик увидел впереди еще одну и указал на нее друзьям. Рустам повернул ствол «Сайги» в том направлении, куда вели стреляные гильзы, и сосредоточил все свое внимание на этой стороне леса. Старик зашел в лес, внимательно глядя себе под ноги, и одну за другой, на расстоянии в метр, подобрал еще четыре гильзы. Выходило, что стреляли с двух стволов, и он показал это на пальцах следовавшему за ним Толстому. Крови нигде не было видно, что навевало еще большую загадочность на произошедшие здесь события. Тут зашедший в лес Рустам увидел в близлежащем густом кустарнике узкий, в ширину человеческих плеч, проход. Кусты в нем были сильно примяты, и создавалось ощущение, что туда один за другим пронесся на полном ходу взвод солдат.

Рустам показал парням на этот проход, и все, осторожно ступая, двинулись туда.

Сидя в машине возле здания, где находился офис частного детективного агентства, Олег Пивоваров нервно поглядывал на часы и барабанил пальцами по рулю. Он ждал, когда приедет с обеда частный детектив Григорий Правдин, с которым он познакомился еще тогда, когда нанимал его для слежки за своей женой. Правдин когда-то работал в милиции, более того руководил УБОПом и имел личную неприязнь к Банину. Поэтому Олег надеялся, что сыщик подскажет ему, как можно упрятать ненавистного уголовника за решетку и тем самым избавиться от него. Возможно, что у Правдина даже есть что-нибудь на Бандеру, и Олег был готов купить у него эту информацию.

Ирина продолжала любить Банина, Олег чувствовал это. И хотя с их последней встречи прошло уже почти два года, она с тоской глядела в его сторону, когда он попадался ей где-то в городе. Олег видел все, и с самого начала это его невероятно раздражало. Как-то, поднимаясь, домой по лестнице, он оступился и, упав, сломал ногу. Даже в этой своей неудаче он обвинил самого ненавистного ему человека и сразу выругался в его адрес. С трудом добравшись до квартиры, он, превозмогая боль, не спешил звонить в «скорую» и лихорадочно думал, как использовать эту ситуацию против Банина. Сначала пришла мысль сказать, что это он его избил и сломал ногу, но потом вспомнил, что в милиции наверняка помнят об их «отношениях» и подумают, что Олег решил отыграться. А потом вдруг подумал, что если сказать, что это было ограбление и сделал это не сам Банин, а его люди по его наводке, то менты начнут прессовать его отморозков по полной программе, и те могут рассказать что-то интересное про Бандеру.