ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вот уже много лет на свете нет некрасивых людей. Ну, если не считать подростков. На шестнадцатый день рождения каждый получает поистине королевский подарок — прекрасную внешность и идеальное здоров... Красивая Скотт Вестерфельд Часть первая Спящая красавица Не забывайте: самые красивые вещи в мире — самые бесполезные. Джон Рёскин, «Камни Венеции», том 1 ПРЕСТУПНИЦА «Что надеть?» — вот самый сложный вопрос, который приходилось решать каждый день. В приглашении в особняк Валентино насчет дресс-кода говорилось: «полуторжественный», и вот как раз приставка «полу-» выглядела загадочно. Это расплывчатое «полу-» оставляло слишком много неопределенностей, совсем как ночь, на которую не назначено ни бала, ни вечеринки. Особенно тяжело в подобных случаях молодым людям. Для них «полуторжественный» дресс-код может означать как пиджак и галстук (правда, с определенными видами воротников можно обойтись и без галстука), так и «все белое и манжеты навыпуск», если дело происходит летом, а также всевозможные фраки, жилеты, сюртуки, килты или ну очень стильные пуловеры. Правда, если подумать, девушкам такая формулировка тоже покоя ни сулила. Последствия могли быть прямо-таки взрывными — впрочем, в Нью-Красотауне любая формулировка приглашения означала безумную суету вечерних сборов. Тэлли больше нравились торжественные балы, на которые полагалось являться в строгих вечерних нарядах — так называемые «белогалстучные» или «черногалстучные». Да, в таком виде чувствуешь себя не очень-то вольготно, так что и веселье на балу не разгорится до тех пор, пока все не напьются, зато нет нужды ломать голову над тем, что же все-таки надеть. — Полуторжественный стиль, полуторжественный… — твердила Тэлли, вновь и вновь обшаривая взглядом свою необъятную гардеробную. Стойки с одеждой выезжали вперед и убирались внутрь, едва поспевая выполнять команды глазной «мыши» Тэлли, наряды бешено раскачивались на п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

У него было много лап, и двигался он почти молниеносно, но притворился спящим и позволил принцессе и ее друзьям проскользнуть мимо него.

Такой сон не мог обойтись без принца.

Этот принц был красив и уродлив, весел и серьезен, осторожен и храбр. Вначале он жил с принцессой в башне, но потом оказалось, что он каким-то образом все это время жил где-то вдали и ждал ее. По странной логике сна он всегда был двумя принцами одновременно, и ей нужно было между ними выбирать. Иногда принцесса выбирала красивого принца, иногда — уродливого. Но какого бы она ни выбрала, ее сердце оставалось разбитым, а сон всегда заканчивался одинаково.

Лучшая подруга, чье приглашение затерялось, все время пыталась догнать принцессу. Но проснулся серый дракон и проглотил ее, и ему так понравился ее вкус, что он погнался за всеми остальными и их тоже захотел сожрать. А из его утробы лучшая подруга принцессы смотрела глазами дракона и говорила его устами — клялась, что разыщет принцессу и накажет за то, что та не взяла ее с собой.

Тянулись недели, а сон всегда завершался одинаково — дракон догонял принцессу и произносил одни и те же слова:

— Смирись, Тэлли-ва, ты — чрезвычайница.