— Так, смотрю новости среди обслуживающего персонала разлетаются быстро. Если вы пришли за прибавкой к жалованию, как сразу и скажите!
— Э… — сказала я, пытаясь собрать разбегающиеся мысли в кучку. Я же за наказанием шла, разве нет?
— Ректор сказал, что нужно давать молодым больше возможности себя проявить, — сказал проректор неодобрительно. — Как вам прибавка в две серебряных монеты?
— Э…
— В три?
— А…
— Четыре монеты — мое последнее слово. Но, если вы будете и дальше так прилежно исполнять свои обязанности, мы доверим вам мыть аудитории.
Я мягко прикрыла за собой дверь, а в коридоре прижалась пылающим лицом к оконному стеклу. Из-за того, что я приходила убирать очень поздно, то практически не общалась с другими работниками, а, оказывается, жалование увеличивают. Вот так, нет худа без добра, если бы я не пришла к проректору, то не видать бы мне дополнительных денег!
Но что же этот маг? Он что, никому ничего не рассказал?
Весело насвистывая, я принялась за работу. Придется одну из монеток пожертвовать Таракану, Богу всех неприятностей и злоключений, случающихся с людьми. А еще одну — Подкове, Богине Счастливого случая, без его вмешательства тут явно не обошлось.
Сегодня работалось как никогда легко. Быстро закончив с четырьмя коридорами и ступеньками, я спустилась на первый этаж и радостно принялась за последний коридор. Четыре лишних монеты в месяц можно было потратить на покупку каких-нибудь нужных зелий или учебников для учебы. А сегодня ночью Флор получит свое! Я ему устрою, не будь я старшей сестрой двух сорванцов. Что бы такое придумать? Может быть, стянуть с кафедры физиологии скелет и подложить ему в кровать? Если сделать это ночью и вернуть рано утром, то никто и не заметит. Или достаточно будет одного черепа? Начнем, пожалуй, с черепа. Я знала тетушку, которая мыла полы в нужных кабинетах, когда я только начинала работать в Академии, она дала мне пару полезных советов. Думаю, попросить у нее ключ не составит никаких проблем.
Протерев последний участок, я вприпрыжку направилась к подсобке. Открыла дверь и… Там стоял какой-то мужчина. Высокий, в черной мантии.
— Бу! — сказал он Очень Злобным Голосом.
Завизжав, я захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, тяжело дыша. Это еще кто? И что он делает в подсобке? Когда я брала там швабру и ведро, его там точно не было!
С недавних пор в девичьих туалетах Аптекарского Колледжа начали шептаться, что начали пропадать девушки. При чем пропадают не с темных улиц, возвращаясь поздно домой, а из самых, казалось бы, благонадежных мест. Возле ярко освещенной и полной людей чайной — никто из посетителей ничего не слышал и не видел; на полянке городского парка — вот только-только была здесь и уже нет; и самое ужасное — возле самого дома, у калитки.






