ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В состав сборника вошли, в основном, ранние повести и рассказы (1906—1910) Блэквуда, с первых своих шагов в литературе проявившего себя тонким и своеобразным мастером в изображении тех темных сторо... Рассказы Элджернон Генри Блэквуд ДВОЙНИК Это был один из тех странных домов, к которым легко цепляются нелепые суеверия, потому, главным образом, что больше ничего интересного они из себя не представляют, будучи строениями слишком заурядными, лишенными всякого архитектурного замысла. С небольшого лесистого холма, над которым дом возвышался, его слепые окна пялились через Кентиш Уилд и в любую погоду оставались унылыми и мрачными круглый год. Будто чья-то гигантская рука придавила дом к земле, и он осел. Старания агентов по торговле недвижимостью были напрасными, и не было никакой надежды, что объявятся законные наследники этого дома. Отсюда отлетела душа, говорили люди. Один из наследников наложил на себя руки в библиотеке этого дома, считая, что таким образом смывает пятно позора с чести семьи. Еще один из его родственников покончил с собой, а через двадцать лет — другой, и трудно было найти объяснение этим трем жизненным катастрофам. Только первый владелец дома жил в нем постоянно, остальные приезжали лишь на летние месяцы, а потом сбегали. Итак, нынешнему владельцу дома Джону Бэрли досталось поместье, над которым витала тень проклятия, подкрепленного несколькими конкретными и весьма неприятными фактами. В нашем столетии к людям суеверным относятся пренебрежительно, считая их либо дураками, либо шарлатанами. Но Джон Бэрли, будучи здоров физически и духовно, относился к ним иначе, вернее что не относился никак. Для него они не существовали, как эскимосы, поэты и прочие человеческие особи, не вторгавшиеся прямо в его жизнь. Преуспевающий бизнесмен, он общался по большей части с себе подобными. Филантропом он был известным, в этом то и заключалось его единственное суевери

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он делал исключение лишь для баек, что рассказывают моряки, и как-то обмолвился, что и в его судоходной компании есть проклятые суда. Но и к этому он относился как деловой человек. Он мыслил широко, а для мелочей существовали клерки.

Купив дом, он решил провести ночь в своем новом поместье, руководствуясь практическим расчетом делового человека, который не разделяет глупостей других, но способен их простить. Местные газеты не преминули оживить в памяти читателей весь набор несуразных историй о самоубийствах и о нависшем над домом проклятии, которое, как знать, может сыграть роковую роль и в судьбе нового владельца. Ему же, однако, казалось самым пустяковым делом провести ночь в купленном доме, если бы это только могло опровергнуть идиотские слухи.

— Людей не переделаешь, Нэнси, — говорил он поначалу жене, которая в отличие от него не сомневалась в целесообразности затеи.

Его молодой супруге захотелось приключений, «охоты за привидениями», и муж не мог отказать ей в удовольствии. Любил он ее сверх всякой меры, встретив уже на закате своих дней. Чтобы развеять страхи будущих отдыхающих, медицинского и обслуживающего персонала, он должен был, борясь со скукой, просидеть до рассвета в доме, где он собирался открыть богоугодное заведение.

— Пойми же, Джон, — уговаривала Нэнси. — Если ты, хозяин поместья, сделаешь это, ты заткнешь всем рты в округе. Представь, вдруг позже что-нибудь случится, тогда люди любое неприятное событие припишут дьявольщине. Мы не можем допустить, чтобы над санаторием с самого начала нависла угроза дурной репутации. Неприятностям не будет конца. Вся затея может потерпеть неудачу.

— Ты в самом деле думаешь, что всего одна ночь может что-то изменить?

— Старая легенда гласит, что в таком случае все чары развеются, и все будет в порядке, — сказала она, смеясь, — если только ты сам не примешь яд или не повесишься на крючке для шляп в прихожей.

— Хорошо, — согласился он окончательно после некоторого раздумья. — Давай пересидим там с тобой и заодно устроим гулянку, а? — Теперь он даже сам разохотился. Возможно, в нем оказалась задета некая мальчишеская струнка. Однако его энтузиазм пошел на убыль, когда Нэнси решила, что в такую авантюру лучше все-таки пускаться втроем. Он посмотрел на нее вопросительно.

— Если что-то случится, хотя это и маловероятно, трое скорее выручат друг друга.

С этим он не мог не согласиться.

— Кого пригласить? — спросил Джон прямо. — Быть может, молодого Мортимера? Как думаешь, он нам подойдет?

Она сначала заколебалась, но потом сказала:

— Что ж, он веселый, и идея ему определенно понравится. Да, он подойдет вполне.

— И он поможет скоротать время своими россказнями, — сказал ее муж.