ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Отпуск есть отпуск, даже для бойца СОБРа. Капитан Казанцев едет к морю отдохнуть от бешеного ритма своей жизни. Но, похоже, покой не для него. У местного пахана Барона свои планы. И в этих планах Каза... Гладиатор Михаил Соколов Часть 1 МЕСТНЫЙ КОЛОРИТ Глава 1 ПЕРВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ В середине огромного полупустого музейного зала были расставлены скамейки, чтобы посетители, обалдевшие от гипнотического однообразия морских волн, могли немного отдохнуть. Николая, вообще-то, всегда тошнило от всяких там музеев, включая и краеведческие, но в этот, Айвазовского, заглянул по причине жары, которая, как и он, почему-то избегает подобных заведений. Да, по причине жары и смутного, все возрастающего раздражения. Уже несколько часов, с самого приезда в город где-то в закоулках сознания зрела убежденность, что за ним следят. Интуиции своей он доверял, иначе уже не раз мог оказаться.., да нет, точно стал бы трупом. А так становились трупами другие (надо отметить, очень многие), имевшие несчастье по глупости нападать на него. Он присел на скамейку, подобно трем другим зомбированным посетителям, уставшим бродить в поисках хоть какого-то разнообразия в этих бесконечных волнах, и уставился на громадное, метра три на шесть, не меньше, полотно с изображением шторма. Интересно, как такие огромные картины протаскивают через столь маленькие двери? Конечно, по частям: отдельно разобранную раму, отдельно скатанный ковром шедевр… Утром Николай приехал из Москвы, где в пыльном каменном пекле стало ему невмоготу, приехал, но разницы не ощутил; было еще более томно, лишь влажный резкий бриз со стороны моря несколько освежал. На вокзале, сойдя с подножки вагона, он ловко увернулся от назойливых аборигенов, увешанных написанными от руки объявлениями о сдаче комнат, квартир и домиков, но тут столкнулся нос к носу с двумя ментами. Стоит взглянуть в глаза представителям правоохранительных органов, как теб

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Недалеко, забытый, женского пола младенец доковылял до соседней группы из двух пар (мужики явно выраженные кавказцы, девицы русские), нагнулся под прямым углом, старательно насобирал рассыпанную по одеялу черешню, резко поднялся, едва не упав навзничь, выправился, деревянно повернулся и тут же был застигнут шумной мамашей, мгновенно сделавшей сразу три дела: отобрала ягоды, шлепнула заревевшее дитя и извинилась перед соседями. Абреки дружно смеялись и щедро отсыпали черешню. В фартуке вокруг чресел, в брюках и толстой фланелевой рубашке тяжело шел пожилой мужчина с сумкой и бодро орал: "Пирожки с капустой, черешней, картошечкой!

Пирожки!.."

Жарко. Сумка оттягивает плечо, он чувствует легкую усталость, но не знает, что предпочесть: окунуться в море или поискать затененное прохладное место? Как же все-таки восхитительно почти мгновенное (сутки пути уже истончились, прозрачно осели где-то в памяти) это перемещение из столицы в здешний солнечный кипящий рай! Все в нем затрепетало от восторга, ясного, забытого: влажные запахи юга, моря, безделье, ожидание чарующего наслаждения… Он все понимал: резкий крик чаек, на волнах качавшихся белыми поплавками среди фланирующих лодок и заплывших за буйки голов, и благодушную скученность худых и толстых тел, и неизменную обезьяну, поводком прикованную к переносному стенду, с которого смотрели фотографические осколки прошлого: где эти люди? живы ли? все так же молоды и счастливы?..

Глава 2

ПРИНЯЛИ ЗА ДРУГОГО

Он огляделся, вновь ощутив чье-то назойливое внимание. Опять никого. На противоположной стороне улицы, наискосок – небольшой, скромный, трехэтажный особняк, свежеокрашенный в южный розовый цвет. Тонкие красные буквы неоновой вывески не бросаются в глаза. Ресторан-бар "Альбатрос". Оттуда вышел и облокотился о железные перила крыльца негр в темно-синем, расшитом золотом мундире, – лицо, как мокрая галоша. Издали весьма импозантен.

Привратник или вышибала. А может, метрдотель, хотя вряд ли. Достав из кармана пачку сигарет, длинными шоколадными пальцами извлек одну с золотым фильтром. Убрал пачку и закурил от зажигалки. Спрятал зажигалку, сложил на груди руки и застыл, полузакрыв глаза. С кончика сигареты срывалась тонкая струйка дыма – как от тлеющего на рассвете костра.

Николай наискосок перешел улицу и направился к ресторану. Негр кивнул ему, словно доброму знакомому.

Ресторан был, естественно, пуст. Слишком рано, еще нет трех. Лишь за двумя столиками сидели случайные посетители. В баре находилось человек двадцать мужчин и женщин, и все они повернулись, когда Николай стал спускаться по ступенькам, ведущим из вестибюля в бар. Как и негр, некоторые еще ему кивнули.