Теперь мы точно знаем, что существуют и другие версии будущего!
На этот раз мы видели не самую худшую версию будущего. — Заметил мальчик Давид. — В конце концов мы знаем, что в одно мгновение погибли миллионы людей в этом варианте будущего, но есть основания надеяться, что предложение Ирана будет принято, и дальнейшего кровопролития удастся избежать, опять же, если предположить, что они искренни. В этом случае цивилизация не погибнет. А наихудший вариант — гибель цивилизации и всего живого на планете. Судя по короткому фрагменту, от которого мы до сих пор содрогаемся, не исключен и такой вариант. Тем не менее, похоже, что все варианты ведут к войне… Простите, что развеял ваш оптимизм.
— Дело не в наших эмоциях, — сверкнула рыжими кудрями Рита с премилыми веснушками, — я думаю, что все сводится к единственному вопросу: как предупредить человечество о грозящей катастрофе.
— Рита, не будь наивной! Сколько таких предупреждений в прессе, в книгах, в кинофильмах, в фактах, наконец. Разве это убеждает людей, не говоря уж о политиках! — не менее эмоционально воскликнул Саймон.
— Они бы обиделись, узнав, что в принадлежности к людям им отказано. — Улыбнулся Игнатий, однако Саймон прав, достучаться до них не смог бы даже наш отец. Но я думаю, у нас есть еще одна неисследованная возможность. Поскольку речь идет об угрозе земной цивилизации, а Россия играет ключевую роль в той вероятности, которую мы видели, мы имеем моральное право очень осторожно вмешаться в прошлое именно России, чтобы скорректировать будущее планеты.
Сегодня ночью я много думал, и вспомнил одну важную, на мой взгляд, подробность. Мой брат Глеб, русского происхождения, интересовался Россией. Однажды он показал мне статью в газете, в которой говорилось об одном явно политическом убийстве в России. В ней речь шла о некой Галине Старовойтовой, видном российском политике. Были подозрения, что ее устранили российские спецслужбы. Меня, признаюсь, не интересовали такие вопросы, но поскольку на это дело случайно обратил внимание Глеб, которого я очень уважал, я узнал гораздо больше, чем требовалось Глебу, который забыл о статье уже на следующий день. Суть всего, что я узнал, была в том, что Галина Старовойтова была настолько популярна, что имела шансы стать президентом России. Поэтому она и мешала тому, кто уже нацелился на этот пост. А, учитывая ее ум, энергию и либеральные взгляды, могла направить Россию на цивилизованный демократический путь развития. Если бы мы могли проследить во времени подобную вероятность и найти возможность уберечь ее от убийства, возможно, сценарий будущего стал бы другим.
План был хорош, но осуществить его, находясь на острове, было невозможно.






