ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Земле угрожает самая страшная в ее истории катастрофа — выведен смертоносный вирус, способный уничтожить человечество в считаные минуты.Молодому разносчику пиццы Томасу Хантеру снится сон, в которо... Тьма Тед Деккер Пролог Карлос Миссириан его имя. Впрочем, называли его по-разному. Родом он с Кипра. Напротив Карлоса, у другого конца длиннющего стола, медленно разрезал толстеннейший кровавый стейк Вальборг Свенсон. У этого типа имен вообще не перечесть. Родом он из ада. Они поедали свои бифштексы в гнетущей тишине громадного зала, вырубленного в граните Швейцарских Альп. Черные чугунные светильники освещали стены тусклым мерцанием. Никого и ничего, лишь Карлос Миссириан да Вальборг Свенсон со своей полусырой говядиной в холодных голых стенах этого мрачного зала. Карлос взрезал толстый шмат мяса острейшим ножом, следя, как раздается багровая зажаренная плоть. «Как море Красное расступается». Он резанул еще раз, прислушался. Единственный звук — мелкие зубчики ножа скребут фарфор, пройдя сквозь волокна мышц. Своеобразный звук для того, кто умеет слушать. Карлос сунул мясо в рот, сжал зубами. На Свенсона он не глядел, хотя знал, что тот исподтишка, исподлобья сверлит его взглядом, вглядывается в лицо с длинным шрамом на правой щеке, в остекленевшие черные глаза. Карлос дышал глубоко и спокойно, наслаждался медным привкусом разжеванного, пропитанного родною слюной мяса. Мало кому дано запугать Карлоса. Когда-то в юности те странные люди в Израиле пытались внушить ему страх — ну да ладно, это уже в прошлом… Он не знал страха, им руководила только ненависть. Ценное качество для прирожденного киллера. Но Свенсон одним своим взглядом мог и скалу заставить трепетать. Не сказать, что Карлос его испугался, но ухо держал востро. Не потому, что ощущал угрозу, нет. В любой момент он мог едва заметным движением руки метнуть столовый нож в глаз или в сонную артерию этого типа. Чего же

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Маркусу за его старания обещаны две вещи: его собственная жизнь и миллион долларов наличными. Обе вещи он ценит настолько, что дал бы за них ногу отсечь. Деньги он уже получил. Жизнь тоже пока при нем. Как и нога. В способности

этих

лишить его всего перечисленного Маркус не сомневался.

Он зашел в туалет, вытащил пузырек, щелкнул по нему ногтем. С трудом верилось, что эта желтая жидкость сделает то, о чем ему подробно рассказали.

Затаив дыхание, он вытащил из горлышка резиновую затычку. Теперь его глаза, нос, кожу отделял от вируса лишь воздух. Заразился ли он уже? Да нет, откуда…

Маркус выдохнул, задержал дыхание и медленно вдохнул над пузырьком. Если бы жидкость имела запах, как, скажем, духи или лосьон, он бы его учуял. Но цель как раз в том, чтобы никто не учуял.

Вот теперь он точно инфицирован.

Маркус смочил жидкостью из пузырька пиджак, увлажнил руки, протер ими лицо. Как одеколоном. Попробовал на вкус. Никакого вкуса. Набрал в рот, побулькал, прополоскал, проглотил.

Выйдя из мужского туалета, Маркус осмотрелся. Несмотря на ранний час, в международном аэропорту Бангкока полно народу. Маркус приосанился, поправил галстук. Несмотря на свою яркую южную внешность, с женщинами он общался крайне редко, всяких ночных клубов и подобных заведений не посещал. Но для такого случая манеры волокиты придутся как нельзя кстати.

Он выбрал цель, подошел к четырем стюардессам в синих костюмах.

— Прошу прощения, милые дамы. — Женщины повернулись к нему. Персонал «Эр Франс». Маркус нежно улыбнулся высокой брюнетке. — Шел мимо, видите ли, но не смог пройти равнодушно. Очарован.

Они переглянулись. Брюнетка повела бровью.

— Как вас зовут, дорогая, позволите узнать?

— Линда.

Он подошел вплотную. Руки еще влажные. Он подумал о миллионах вирусов во рту.

— Линда, позвольте поделиться с вами маленьким секретом. — Он наклонился к брюнетке. Та сначала насторожилась, но подруги ее смеялись, и она смилостивилась.

— Что за секрет?

— Ближе, ближе ваше ушко, я не укушу, уверяю вас.

Она глянула на покрасневшую физиономию Маркуса, приблизилась на несколько дюймов. Маркус внезапно рванулся вперед, поцеловал ее в губы и отпрянул, вскинув руки.

— Прошу прощения, прошу прощения, не мог сдержаться. Вы произвели на меня неизгладимое впечатление!

Брюнетка тоже покраснела.

— Вы с ума сошли!

Маркус, как бы растерявшись, схватил руку второй бортпроводницы. Он весь дышал раскаянием, рассыпал извинения и смущенно покашливал, кашлял, отворачиваясь на проходивших мимо и вовсе не отворачиваясь…

Ретировавшись, Маркус направился к медпункту, где молодая мамаша расспрашивала о чем-то медсестру. Двое ее светловолосых детей играли в пятнашки, носились вокруг скамьи для пассажиров.