ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В сборник включены рассказы директора заповедника в Пушкинских Горах Семена Степановича Гейченко, посвященные пребыванию А. С. Пушкина в разные годы в Михайловском. Рассматриваются как факты биографии... У лукоморья Семен Степанович Гейченко Записки хранителя Пушкинского заповедника >Семен Степанович Гейченко Может быть, при встрече кто-нибудь из них произнес вслух, а может, каждый поодиночке, про себя вспомнил пушкинские слова, которые были для них с мальчишества клятвой верности: Мой друг, Отчизне посвятим Души прекрасные порывы! — …Я надеюсь на вас. Беритесь. Восстанавливайте! — сказал Сергей Иванович, заканчивая беседу. Стоял апрель 1945 года. Война подходила к Берлину во всей своей нарастающей силе и беспощадности. Земля оживала. Ее оживлял обретающий свое истинное призвание человек. В это время на случайных попутных машинах, с вещмешком за плечами, по разъезженной, перевороченной железным тараном войны дороге, и приехал в Пушкинские Горы Семен Степанович Гейченко. Приехал, чтобы остаться здесь навсегда. Никаких «или» не могло быть. Только навсегда! Надо было расчистить, разгрести эту опоганенную войной землю и на пепле восстановить всё так, как было при Пушкине. Это понимали все, об этом говорилось и в предписании Академии наук. Надо было восстановить равновесие и в своей собственной искореженной войной душе, восстановить эту душу, — об этом знал только он сам да, может быть, догадывалась жена, Любовь Джелаловна, которая приехала к нему вскоре. Надо было найти в себе силы для этого двойного подвига. Он отлично понимал, что восстанавливать гораздо трудней, чем строить заново. Но для него слово было делом. — Ну что ж, милый, начнем… — сказал он не то себе, не то первому скворцу, которого увидел в чудом сохранившейся скворечне на полуобгорелой, иссеченной осколками березе, одиноко стоящей у развалин фундамента домика няни. — Тебе-то легче, у тебя есть скворечник, а

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Живет одиноко, как красная девка, и ни в чем подозрительном не замечен. Сей некто, кажется, остался мною чем-то недоволен, даже от трапезы отказался. Внес в монастырь вклад 5 рублей, спросил, нет ли покороче дороги на Порхов, и уехал.

1 сентября 1826 года.

Воистину гром может грянуть и с ясного неба. Поздно вечером, яко тать в нощи, явился в обитель отец архимандрит Венедикт. Был он скучен, рассеян и придирчив. Подошед к диакону отцу Агафону, спросил его, читала ли братия сего дня поучения, на что диакон объявил, что он, Агафон, слаб глазами и при себе очков не имеет, почему и не читал. Архимандрит потребовал книгу, дал диакону свои очки — читай-де, что тот с превеликим заиканьем и свершил, а мне за нерадивость братии было записано в объездном журнале замечание.

26 декабря 1826 года.

Кому Рождество Христово, а мне — Успенье! Ей господи, свершилось то, чего я так боялся. Пришло определение, утвержденное Его превосходительством. Записано об увольнении меня за непорядочное управление монастырем. Переводят в Торопецкий Троицкий монастырь. А я ли не старался держать порядок в обители? Но всё напрасно. Василиск останется василиском, аспид — аспидом, прах — прахом!

Святогорские монахи — сущие беглые солдаты, а не святые отцы, им нужен не отец Иона, а хороший унтер-лейтенант с большою дубиною!

29 декабря 1826 года.

Весь день составлял реестр собственному имению своему, прижитому в обители и оставляющему здесь на время, в связи с выбытием моим навсегда.

1. Образ пророка Ионы на липовой доске.

2. Крест кипарисовый в серебряной оправе.

3. Молитвослов киевской печати.

4. Новый завет.

5. Акафисты киевской печати.

6. Библия сильно потертая в телячьей коже московской печати 1760 года.

7. Пять оловянных ложек.

8. История римская 1798 года.

9. Часы серебряные с ключом и цепью. Подарок.

10. Сокращенный катехизис.

11. Книга, именуемая «Начатки христианского учения».

12. Книга чистописания. Книга о Святогорской обители сочинения отца Евгения с дарственной надписью, 1821 года.

13. Тюфяк кожаный.

14. Чемодан кожаный.

15. Сундуков четыре разных.

16. Минея месячная.

17. Книга о княжестве Псковском. Подарок.

18. Мантьё камлотовое.

19. Клетчатого тику 10 аршин. Подарок.

20. Холста тонкого 33 аршина. Подарок.

21. Холста редеевого. Подарок — 18 аршин.

22. Верховного холста 3 аршина. Подарок.

23. Тонкого холста в 7 трубках числом 105 аршин. Подарок тоже.

24. Набойков льняных 102 аршина.

25. Шкур волчьих 5.

26. Шкур лисьих 16.

27. Сукна домотканого без промера.

28. Ниток в кругах, кругов 5.

29. Посуда разная.

30. Погребец ореховый.

31. Чайница дорожная с чайником.

32. Шкатулка вишневая с секретным замком.

Чует сердце мое, что по слабости здоровья скоро мне быть больничным игуменом. Аминь!»

На последней странице запись чья-то, приписка:

«Сия книга записана в архив под № 783. Подканцелярист Михаила Тюгикин.

г.