ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

1995 год. Россия обделена и обескровлена, преступной волей руководства страны. Противоречия, внутренние конфликты, экономический упадок. Страна была слаба как никогда. США и страны НАТО неприменули... Александр Верещагин Война аннотация: 1995 год. Россия обделена и обескровлена, преступной волей руководства страны. Противоречия, внутренние конфликты, экономический упадок. Страна была слаба как никогда. США и страны НАТО неприменули воспользоваться ситуацией и захватить территории и природные богатства великого государства. Создание установки ХАРП, способной сжигать в стратосфере любые объекты, содержащие металл, обеспечило агрессорам защиту от ядерного оружия России. Подобные установки были в Европе и в Китае. Летом 1995 Регулярные войска высадились в районе Владивостока. Части Российской Армии и Военно-Морского Флота героически сдерживали натиск захватчиков, но были преданы, лишены снабжения. В стране провели срочную мобилизацию, вновь укомплектованные подразделения направили к театру военных действий на Дальний Восток и на Запад, в район Калининграда. Глава 1 Эйфория В городе полная суматоха и неразбериха, батальоны в пятнистой форме заполнили улицы. Вместо привычных троллейбусов и легковушек — колонны армейских грузовиков, танки, самоходки и другая военная техника, названия которой я не знал. Настроение с утра отличное, выменяли целую коробку патронов от «калаша» за литр бабушкиного самогона у солдат вспомогательной роты 2-го мотострелкового батальона. Вечером будем взрывать их в костре на пустыре. Я уже знал, где какое подразделение расквартировано: в центре, во Дворце Культуры — штаб, там генералы и высший командный состав. Везде комендантские патрули и «краснопагонники», так называли внутренние войска. «Шакалы» рангом пониже расположились в школах и ремесленном училище (занятия, естественно не проводились, какая уж тут учёба!) Вообще-то я успел отходить почти це

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Затем коридор, лестница и я уже бегу по улице. Выстрелов в спину не последовало.

Глава 8

Рыжий

Я решил идти в ГСК (гаражно-строительный кооператив). По словам Саши, там скрываются некоторые горожане. У Рыжего был гараж на окраине города. По дороге туда, одолевали разные мысли. Почему-то стало жалко нож. Хороший, сбалансированный, самодельный клинок. Рукоять наборная, из бересты. Осознание что я впервые в жизни убил человека, еще не пришло. Проверил трофейный пистолет. Это был старенький, потертый ПМ. В обойме было только 5 патронов. Возможно, по этому мародер и не выстрелил сразу, патроны хотел сэкономить.

Сам не заметил, как оказался на территории ГСК. Наученный горьким опытом, я не пошел, открыто, на виду у всех. Передвигался украдкой, с оружием на изготовку, осматривая предварительно улицы и проходы. Вот он, гараж Рыжего. Вроде не вскрыт и не разграблен, как многие другие. Надежные, стальные двери глухо отозвались моему стуку. Их делал отец Рыжего, когда был жив. Реакции на мои удары не последовало. Случилось, пожалуй, худшее из того, что я мог предположить. Между тем, стало темнеть. В, и без того мрачном, ГСК, ночью было просто жутко. Я сел на землю, прямо у ворот и не знал, что делать дальше. Вдруг, из за угла соседнего гаража, что-то выбралось. Я инстинктивно выхватил ПМ. Каково же было мое изумление! Это оказался Рыжий.

Оказывается, они мамкой давно не пользуются дверьми, лазают во внутрь через замаскированную нору, подрытую под стеной гаража. Если бы не знакомый голос, я бы не узнал Рыжего. Он всегда был худым пацаном, но теперь он просто высох, лицо его как будто состарилось, глубокие как борозды морщины пролегли от уголков рта к носу, глаза глубоко запали в череп. Уже внутри гаража, Пашка, так звали Рыжего, начал рассказывать о своих и общих злоключениях, случившихся этой зимой и весной.

Тетя Оля, в углу, при помощи паяльной лампы варила в закопченном котелке, прошлогоднюю, полусгнившую картошку. Пашка сидел, ссутулившись в грязной, неопределенного цвета куртке, которая к тому же, ему была велика. Я опомнился, достал из мешка свои припасы, у Рыжего и тети Оли сразу загорелись глаза, но протянуть руку за едой они боялись, или стеснялись. Сам я есть не хотел, от избытка переживаний. Развязал узелок с копченой рыбой, протянул Рыжему.

— Берите, это я вам принес!

Тетя Оля заплакала.

— Спасибо Дениска, я думала, помру и таких вкусностей больше не увижу никогда.

Однако, по хозяйски убрала съестное в какой-то темный закуток, я не видел куда, из за скудного освещения. Оставила только сало, рыбу на небольшом столе. Поставила туда же вареную картошку. Я от еды отказался, хотя и понимал, что не ел весь день. И если так пойдет и дальше, ног таскать не буду.