Сам проверял монтаж деталей. Имея некоторый опыт, люди работали быстрее. Организовали посменную работу.
Лидеры заметно нервничали. К концу марта в Невельском появились новые люди. Сопротивление подтянуло резервы. Переоборудовали для нужд предстоящей операции изъятые у крестьян пневмоходы. С виду неуклюжие, четырех и шестиколесные машины на больших резиновых колесах — камерах. Они прекрасно передвигались по рыхлому весеннему снегу и льду, вплавь преодолевали большие полыньи. Использовались эти кустарные машины в основном для рыбалки.
Я плохо себе представлял план предстоящей операции. Против танков и пулеметов на неуклюжих и уязвимых пневмоходах! Безумие и самоубийство.
Работа кипела каждый день, еще несколько зданий приспособили под свои нужды рабочие. Кроме сборочного цеха появилась кузня и токарка. Я частенько пропадал в кузне, вместо того, чтобы охранять важный объект и непосредственно Витю. Мне нравилось мастерить охотничьи ножи. Раскалив в горне кусок стали, обычно клапан ГРМ тепловоза или обод подшипника, вытягивать молотом клинок. Очень важно не перекалить заготовку, иначе лезвие будет хрупким. И не до греть нельзя, лопнет при ковке. Полученную заготовку долго обтачивал на наждаке и шлифовал до зеркального блеска. С любовью собирал рукоять из пластинок бересты. Хороший, сбалансированный нож требовал неделю труда.
Тупо толкаться в без того тесном «сборочном цехе» (так теперь называли сарай). Или стоять как столб на внешнем посту. Так, иногда заглядывал в «сборочный», было интересно наблюдать, как быстро растут клепаные борта фюзеляжа, как монтируют короткие крылья. Раз в неделю менял изготовленные ножи на и несколько патронов на безделушки, вроде колечек или баночки меда. С этими гостинцами и подарками я был желанным гостем на танцах и девичьих поселках. Шрамы, после ранений не сделали меня уродливым, так говорили девушки. Я не искал среди них подлинной любви, довольствовался ласками очередной подружки. Коих у меня было предостаточно в Невельском.
Во второй половине апреля. Когда лед на водохранилище еще не сошел, он стал настолько хрупким и пористым, что опасно даже пешком ходить по нему. Я стал замечать в рядах Сопротивления определенную суету и нервозность. Верный признак предстоящего события. Как это было принято, никто никому ничего не рассказывал. И не смотря на режим секретности, все были в курсе событий. К тому времени, техника не была полностью готова к предстоящей операции. Второй экраноплан, по предложению Самоделкина немного модернизировали. Чтобы избежать недостатков выявленных в результате испытаний первой машины. Сам Петр Иванович практически поселился в «сборочном».






