ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

1995 год. Россия обделена и обескровлена, преступной волей руководства страны. Противоречия, внутренние конфликты, экономический упадок. Страна была слаба как никогда. США и страны НАТО неприменули... Александр Верещагин Война аннотация: 1995 год. Россия обделена и обескровлена, преступной волей руководства страны. Противоречия, внутренние конфликты, экономический упадок. Страна была слаба как никогда. США и страны НАТО неприменули воспользоваться ситуацией и захватить территории и природные богатства великого государства. Создание установки ХАРП, способной сжигать в стратосфере любые объекты, содержащие металл, обеспечило агрессорам защиту от ядерного оружия России. Подобные установки были в Европе и в Китае. Летом 1995 Регулярные войска высадились в районе Владивостока. Части Российской Армии и Военно-Морского Флота героически сдерживали натиск захватчиков, но были преданы, лишены снабжения. В стране провели срочную мобилизацию, вновь укомплектованные подразделения направили к театру военных действий на Дальний Восток и на Запад, в район Калининграда. Глава 1 Эйфория В городе полная суматоха и неразбериха, батальоны в пятнистой форме заполнили улицы. Вместо привычных троллейбусов и легковушек — колонны армейских грузовиков, танки, самоходки и другая военная техника, названия которой я не знал. Настроение с утра отличное, выменяли целую коробку патронов от «калаша» за литр бабушкиного самогона у солдат вспомогательной роты 2-го мотострелкового батальона. Вечером будем взрывать их в костре на пустыре. Я уже знал, где какое подразделение расквартировано: в центре, во Дворце Культуры — штаб, там генералы и высший командный состав. Везде комендантские патрули и «краснопагонники», так называли внутренние войска. «Шакалы» рангом пониже расположились в школах и ремесленном училище (занятия, естественно не проводились, какая уж тут учёба!) Вообще-то я успел отходить почти це

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сам проверял монтаж деталей. Имея некоторый опыт, люди работали быстрее. Организовали посменную работу.

Лидеры заметно нервничали. К концу марта в Невельском появились новые люди. Сопротивление подтянуло резервы. Переоборудовали для нужд предстоящей операции изъятые у крестьян пневмоходы. С виду неуклюжие, четырех и шестиколесные машины на больших резиновых колесах — камерах. Они прекрасно передвигались по рыхлому весеннему снегу и льду, вплавь преодолевали большие полыньи. Использовались эти кустарные машины в основном для рыбалки.

Я плохо себе представлял план предстоящей операции. Против танков и пулеметов на неуклюжих и уязвимых пневмоходах! Безумие и самоубийство.

Работа кипела каждый день, еще несколько зданий приспособили под свои нужды рабочие. Кроме сборочного цеха появилась кузня и токарка. Я частенько пропадал в кузне, вместо того, чтобы охранять важный объект и непосредственно Витю. Мне нравилось мастерить охотничьи ножи. Раскалив в горне кусок стали, обычно клапан ГРМ тепловоза или обод подшипника, вытягивать молотом клинок. Очень важно не перекалить заготовку, иначе лезвие будет хрупким. И не до греть нельзя, лопнет при ковке. Полученную заготовку долго обтачивал на наждаке и шлифовал до зеркального блеска. С любовью собирал рукоять из пластинок бересты. Хороший, сбалансированный нож требовал неделю труда.

Тупо толкаться в без того тесном «сборочном цехе» (так теперь называли сарай). Или стоять как столб на внешнем посту. Так, иногда заглядывал в «сборочный», было интересно наблюдать, как быстро растут клепаные борта фюзеляжа, как монтируют короткие крылья. Раз в неделю менял изготовленные ножи на и несколько патронов на безделушки, вроде колечек или баночки меда. С этими гостинцами и подарками я был желанным гостем на танцах и девичьих поселках. Шрамы, после ранений не сделали меня уродливым, так говорили девушки. Я не искал среди них подлинной любви, довольствовался ласками очередной подружки. Коих у меня было предостаточно в Невельском.

Во второй половине апреля. Когда лед на водохранилище еще не сошел, он стал настолько хрупким и пористым, что опасно даже пешком ходить по нему. Я стал замечать в рядах Сопротивления определенную суету и нервозность. Верный признак предстоящего события. Как это было принято, никто никому ничего не рассказывал. И не смотря на режим секретности, все были в курсе событий. К тому времени, техника не была полностью готова к предстоящей операции. Второй экраноплан, по предложению Самоделкина немного модернизировали. Чтобы избежать недостатков выявленных в результате испытаний первой машины. Сам Петр Иванович практически поселился в «сборочном».