Следующие пятнадцать минут они бежали, словно в липком ночном кошмаре, прокладывая себе путь в лабиринте коридоров, взбираясь по узким наклонным переходам. Наконец они оказались на верхней палубе все того же авиационного отсека. Руководимые Кортаной, солдаты продолжили свой путь, пробираясь по мрачным корабельным проходам.
Когда они почувствовали, что окончательно заблудились где-то в глубине вражеского корабля, Кортана все же решила их порадовать:
– Сигнал капитана Кейза усилился. Он где-то рядом.
Шеф нахмурился. Операция слишком затянулась.
С каждой утекающей секундой шансы на то, что хоть кто-то из отряда возвратится живым с «Истины и Единения», становились все более призрачными, не говоря уже о спасении капитана. Солдаты УВОД были хорошими бойцами, но они задерживали спартанца.
– Оставайся здесь со своими людьми, – произнес он, поворачиваясь к Паркеру. – Я скоро вернусь… вместе с капитаном.
Тот хотел было возразить, но потом кивнул:
– Только Сильве не говори.
– Не скажу.
Мастер-Шеф перебегал от одной двери до другой, пока не нашел ту, что открывалась в прямоугольное помещение с рядами камер вдоль стен. Вместо решеток здесь служили полупрозрачные силовые поля. Спартанец вломился внутрь, выкрикивая имя капитана, но ответа так и не дождался. Если не считать одного мертвого десантника, тюремный отсек был пуст.
Хотя спартанец и был раздосадован, его взбодрили слова Кортаны о том, что сигнал по-прежнему силен. Поэтому воин покинул это помещение и вновь начал метаться между дверями, пытаясь найти нужный люк. А когда нашел, чуть не пожелал, чтобы никогда к нему ни приближаться.
Двери распахнулись, раздался неразборчивый возглас ворчуна, и возле самого шлема человека прошипел плазменный луч.
Мастер-Шеф открыл ответный огонь и, услышав из одной камеры крик: «Рад тебя видеть, Шеф!» – понял, что прибыл по адресу.
Плазменный разряд возник, словно из воздуха, ударил спартанца в грудь, и броня воина подала тревожный сигнал. Джон-117 метнулся к ближайшей колонне, и следующий луч прорезал воздух там, где только что находилась его голова. Мастер-Шеф огляделся в поисках своего противника.
Никого.
Датчик движений отлавливал чей-то смутный след, но спартанец ничего не видел.
Вдруг, прищурившись, он заметил легкое искажение воздуха прямо перед собой и, выпустив в самую середину марева короткую очередь, был вознагражден громким воплем. Воин элиты материализовался, пытаясь подхватить собственные кишки, и даже успел это сделать, прежде чем испустил дух.
Джон-117 подбежал к пульту управления и при помощи Кортаны отключил силовые поля. Кейз вышел из своей камеры, подобрал игольник и встретился взглядом с Мастером-Шефом.
– Приходить сюда было безрассудством, – сурово произнес капитан.






