будто центром всего был Дэн, а не я.
Мне вдруг стало неуютно, и я уже хотел высказаться, когда заговорил Дэн.
– Марк, – сказал он, – ты ничего странного не заметил?
– Да. На самом деле, заметил, – ответил я. Последовала долгая пауза. Потом Дэн заговорил снова:
– Мы хотим тебе кое-что сказать.
– Что значит «
мы»
? – Сердце у меня забилось быстрее. Я чувствовал, как надвигается что-то ужасное.
Дэн обхватил лицо ладонями.
– Черт, я хотел по-человечески. Мне казалось, я уже проговорился.
– Что? О чем проговорился? – Теперь я говорил громко.
Я глянул на Барри, сидевшего с Луизой на диване. Он был пугающе серьезен. Она пыталась притвориться серьезной, но едва заметно ухмылялась.
– Дэн? С тобой все нормально?
– Отлично. Отлично. Совершенно отлично.
– У тебя странный голос.
– Все отлично... я... просто... э... я просто... э... рад, что ты это предложил, вот и все.
– Ну, вообще-то это не я. Ты же сам все сделал. Просто удачное совпадение.
– Да. Какое удачное совпадение! – Теперь голос у него ужасно дрожал.
– Ты уверен, что с тобой все нормально?
– Просто хриплю. Мне пора. – И он повесил трубку.
Бедняга Дэн, подумал я. Обычно он не такой. Ему, должно быть, совсем несладко.
Глава сорок четвертая
С каникулами все вроде получалось превосходно. Даже поездка была веселая – всю дорогу машина кипела необъяснимой истерикой. Дэн был великолепен – с Барри и Луизой он был знаком едва-едва, но мгновенно расслабился, и мы прохохотали всю дорогу. Барри пребывал в крайне загадочном настроении. Каждый раз, когда мы видели за окном что-нибудь смутно необычное, он тут же это комментировал или просто издавал какой-то дурацкий звук, Дэн и Луиза корчились в коликах, а потом скрючивало и меня. Несколько раз я спросил, не напились ли они, и это, кажется, их рассмешило еще больше.
Мы остановились в Кендале возле супермаркета и купили еды на несколько дней. Когда мы разыскали коттедж, было уже поздно, так что мы свалили сумки в гостиной и устремились ужинать. Мы с Барри мыли и резали, Дэн с Луизой готовили. Царила та же чудная атмосфера. Почему-то всем нам было смешно. Мы безостановочно хохотали над странными вещами. Не знаю, кто начал, но заразились все.
Когда еда была готова, мы переместились из кухни к камину в гостиной и ели, держа тарелки на коленях. Когда всё дожевали, атмосфера стала еще страннее – но уже не такой приятной. Мы уже столько не смеялись, и я заметил, что они как-то загадочно переглядываются. Так, будто... не знаю... будто центром всего был Дэн, а не я.
Мне вдруг стало неуютно, и я уже хотел высказаться, когда заговорил Дэн.
– Марк, – сказал он, – ты ничего странного не заметил?
– Да. На самом деле, заметил, – ответил я. Последовала долгая пауза. Потом Дэн заговорил снова:
– Мы хотим тебе кое-что сказать.






