Очевидно, на самом деле он не гей – ну, то есть, он же мой брат, – но когда я увидел его походочку и как он со всеми обнимается, я прямо-таки вздохнул с облегчением, ощутив себя сравнительно нормальным.
* * *
Рождество прошло на новых, по сей день неисследованных, необитаемых морских глубинах кошмара. Просто не могу на вас это вывалить. Скажем так все закончилось игрой в шарады. Представляете? 1986 год подходит к концу, превращается в следующий, движется к невообразимым, потрясающим открытиям эпохи информационной революции, а я сижу на диване со своей долбаной семейкой и притворяюсь, что мне смешно смотреть, как мой чокнутый, социально несостоятельный кузен силится изобразить «Охотников за привидениями». Если бы Джон Лоджи Бэрд
[11]
знал, что в 1986 году люди так и будут играть в шарады, он бы, наверное, не сильно нервничал. Может, занялся бы психиатрией, и фронтальная лоботомия благословила бы нас своим присутствием несколькими годами раньше.
Назавтра после Дня подарков
[12]
мы с Дэном отправились на экскурсию по торговому центру святой Анны, только что открывшемуся в Хэрроу. Засвидетельствовали свое почтение новой скульптуре «Салли: девочка со скакалкой», которая возвышалась в центре города и, по-видимому, должна была обозначать средоточие местной жизнедеятельности.
– Ах, – вздохнул я, – наконец-то Хэрроу займет свое место на культурной карте мира.
– О да, о да, – ответил Дэн.
– Мне трудно сдержать слезы радости, Дэн.
– Не сдерживай их, Марк, не сдерживай. Скульптор был бы счастлив.
Рыдания сотрясли мое тело, и я положил голову Салли на ногу.
– Тебя так тронули эти две процарапанные дырочки у нее в глазах, милый братец?
– О да, о да. Они так ясно передают мысль скульптора, ту радость, которую ребенок способен обнаружить в простых вещах.
Нас вновь окатило волной невыразимого трепета.
– Дэн?
– А?
– Знаешь, чего мне хочется больше всего на свете?
– Нет, милый братец, не знаю.
– Вымазать Саллино лицо какашками.
– В следующий раз, дорогой Марк, в следующий раз мы принесем с собой какашку в пакете.
– Скульптор был бы счастлив.
– Вполне.
Еще около часа мы бродили по Хэрроу глумясь над всем, что нам попадалось, однако Дэн постепенно начал скисать. Когда я спросил, что случилось, он сказал, что приехал домой не просто так.
Я спросил, зачем же он приехал, и он замолк. Внезапно мы стали страшно серьезны. Мне показалось, что Дэн вот-вот заговорит, и тут мы столкнулись с его старой подругой из начальной школы. Она окликнула нас через дорогу, и серьезность испарилась, как только подруга перешла к нам.
Дэн, похоже, обрадовался, когда она появилась, и хотя мы не виделись с ней года три, не меньше, обхватил ее руками и расцеловал в обе щеки. По-моему, очень нескромно.






