Долго недоумевать по этому поводу мне не пришлось, оглядевшись вокруг я понял, Парк Лейн, Беверли Хилз, Монмартр, Арбат местного разлива. Здания вокруг изменились кардинально, и вертикально! Этакие сталинские высотки, утыканные шпилями, увешанные все теми же портретами местных знаменитостей прекрасной наружности, с мелкими узкими окнами, подпертые исполинскими контрфорсами, и вся эта красота блистающая замшелыми изъеденными лишайниками стенами, нависает надо мной почти в зените. Прохожие явно более достопочтенные, кто обмотан весь веревками, кто в этакой широкой портупее разных расцветок, кто в длинных волочащихся балохонах а кто- то кроме этого даже в обуви. Правда имеются типы и в драной дерюги но не более половины от общего количества народа на улице. Понятно почему мой шумахер вырубил мясорубку, тут не всех давить можно. Кстати почему тип в красной портупее несется за моим танко-комбайном и что то орет, а вот еще один, ну вот их уже целая орава, орут так что кажись и мой водила услышит.
Ммм…. не услышал, мирно повернул, задавив ненароком пару типов в портупеях и начал подыматься по пандусу ведущему в особенно черное здание к усеянным шипами воротам. Типы в портупеях увидев куда я еду, сразу потеряли ко мне всякий интерес, начли расходится кто куда. мне это показалось очень подозрительно, выяснять что внутри этой мрачной «халупы» не хочется. Танк останавливается у ворот, ревет сиреной, ворота медленно подымаются по стене вверх прыгаю хватаюсь рукой за шип на воротах еду с ними на верх. Больно, черт, шип острый, танк проезжает подо мной в здание, я съезжаю с воротами вниз. Ффу … кажись, пронесло, ну и утречко выдалось!!! Душа просит укрытия, оглядываюсь… В метрах тридцати от пандуса на высоте пары этажей удобная темная ниша, быстренько пробираюсь туда. Лезу, навстречу выпрыгивает парочка тварей, хорошо небольших, отпугиваю их лезу на их место. Нормальненько, снаружи не видно, со спины никто не подлезет. Выгребаю мусор устраиваюсь, поудобнее. Теперь можно как следует перекусить, достаю из кармана еду, какие то нарубленные крупные черви, некоторые обрубки еще шевелятся. отвращенье прочь голод не тетка, Откусываю, на вкус кровяная колбаса только сильно перченая, странно а живой обрубок не перченый а сладкий! Жую и догадываюсь, чего местные едят все только живым, мертвую пищу тут осилят только грузины.
После вкусного сытного завтрака можно и обдумать ситуацию. Утро выдалось богатым на впечатление как впрочем и вчерашнее, покушений на свою шкуру с момента пребывания в столь странной действительности, набралось больше чем на утку в подмосковье за сезон охоты. Интересно сколько проживу я тут при столь богатой адреналином действительности.






