ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Аннотация: Завершена первая книга саги. Я демон — Переулки дворняги. Выношу на Ваш суд. Роман о мире где есть разум и нет души.Неизвестно где существует некое пространство, населенное местной почти... Я демон Какая-то тварь хватает меня за ногу вцепляется зубами, обвивает своим телом. В панике хватаю ее рукой, что то чешуйчатое толщиной с докторскую колбасу, от омерзения сжимаю пальцами разрезаю как масло своими когтями раз еще раз, отшвыриваю обрубки. Когтями!!! Умудряюсь удивится, хотя не дышал уже больше трех минут. Разворачиваюсь к поверхности, точнее в том направлении в котором она должна быть, отчаянно гребу. цепляю руками что живое, которое немедленно хочет в меня вцепится. Уворачиваюсь и рвусь наверх. Выныриваю хватаю жадно воздух, на втором вздохе догадываюсь что лучше мне не надо было делать первый. Такой вони я себе еще не представлял! Захлебываюсь кашлем, потом разумеется отплевываюсь червяками. Проворные черти… Открываю глаза, да можно было не открывать, ничего нового. Кокой то туман и все тоже уютное месиво. Ничего интересного, впору нырять обратно. Что ж блин это такое где я! Куда плыть непонятно, кругом туман да головы червяков смотрят на меня с симпатией. Хм и похоже не только они. В метрах 10 вылезает вертикально, бахромчатый шланг с красными полосками. На конце лампочка синяя, какая на-хрен лампочка, это здоровенный рачий глаз, а вот и ус — этакая коленчатая антенна опять в красную полоску, (видимо самый модный здесь цвет). Прикидываю размер рака сбрасывая столбняк и гребу от него подальше. Он однако меня оценил для меню, двинул за мной. Явно он здесь родился, рванул так что на водном мотоцикле не удерешь. По пояснице меня рвет резкая боль Усы нежно обвивают шею и отнюдь не нежно впиваются в нее шипами. Думать некогда! Да и нечем… Одной рукой хватаюсь за ус. Другой с ужасом нащупываю клешню неуклонно разрезающую меня пополам. В остервенении отрываю

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как-то странно мне показалось колыхание ритмичное колыхание лохмотьев свисавших со всех конструкций моста. Я присмотрелся и увидел, что мост поворачивается, узкие его концы явно отходили от берегов. Низ моста мне не удавалось явственно рассмотреть в затуманенной пропасти. Разводной мост подумал я, и явно мы не поспеваем им воспользоваться. Меня тронули за плечо, это мой товарищ меня, куда то манит, иду за ним. Он выходит напротив проспекта и я вижу в глубине проспекта ряды огней, протянувшиеся поперек, а через некоторое время из тумана стали выступать грохочущие глыбы танкокомбайнов, и, разумеется, это все приближалось к нам. Час от часу не легче. Поглядел я на лево, но вдоль набережной я моста не увидел, за то на другом берегу стала проступать зубчатая линия крыш каких то низких построек.

Ага, пропасть не бесконечна, соображаю, это ущелье реки, такой как Колорадо что ли? Товарищ меня тянет вдоль набережной он явно, что-то присмотрел, приближаемся к намеченному им месту и вижу, что парапет чем-то проломлен и в дыре видны обломки развалившейся конструкции. Присматриваюсь внимательнее и узнаю летающую платформу, таких над городом летает, видимо невидимо. Наверное, её сюда снесло потоком, и приложило об парапет. Товарищ приближается к ней и внимательно осматривает, я конечно не знаток местной техники, но эта штуковина явно не полетит, тут и ежу ясно. Тот однако, что выбрал, пытается выломать коробчатую секцию из дна машины. Берет стержень и как ломом пытается вывернуть ее из кронштейнов. Ну, куда тебе улыбаюсь я и быстро за пару секунд обрезаю кронштейны. Секция грохнулась, оземь оборвав попутно кабели. Товарищ деловито, склоняется над ней, она, где-то метр на метр, достает из тючка голубоватый святящийся куб, потом какую то оправу для этого куба, собирает вместе. Затем зачищает кабеля, втыкает их в оправу. Раздается басовитое гудение, низ секции наливается уже знакомым багровым цветом. Товарищ набрасывает и наматывает на торчащие из секции стержни веревки, затем привязывается к ним, я тоже не стал ждать связал две веревки, и примостился на получившееся сиденье. Товарищ что то подкручивает в оправе, и секция гудя поднимается над землей и увлекает нас за собой. Поднявшись метров на пятьдесят мы отправляемся в сторону пропасти, ох только не туда. Оглядываюсь назад, позади цепочка комбайнов выезжать на широкую набережную, из переулков выходят шеренги «дворников», те держат уже знакомые загогулины и хлысты. Через секунд тридцать комбайны подходят к парапету, выстраиваются вдоль него фронтом, затем дружной врубив свои ножи сваливают нарезанные в фарш трупы в пропасть. Я отвернулся. Это даже не жестокость.

Через минут тридцать, начинает приближаться противоположный берег.