ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Молодой капеллан лондонского аббатства Бермондси нарушил обет безбрачия, вступив в преступную связь с благородной девицей. Когда его любовница забеременела, над монастырем нависла угроза королевско... Обитель теней Средневековые убийцы Предисловие Все авторы нашего сборника исторических детективов являются членами «Ассоциации писателей детективов» и часто встречаются со своими читателями во время неформальных бесед и дискуссий в библиотеках, книжных магазинах и на литературных праздниках. Бернард Найт — бывший полицейский патологоанатом, профессор судебной медицины, пишет повести, публицистику, радио- и телевизионные сценарии и документалистику на протяжении более сорока лет. В последнее время он пишет популярную серию исторических детективов о коронере Джоне, прототипом которого послужил первый коронер Девона, живший в двенадцатом веке. Последняя новелла из этой серии, «Благородный разбойник», недавно была опубликована издательством «Simon & Schuster». Иен Морсон — автор известной серии исторических детективов, главным героем которых является детектив из Оксфорда Уильям Фалконер, а действие разворачивается в тринадцатом веке. Майкл Джекс , прежде чем обратится к писательскому ремеслу, торговал компьютерами. Действие его чрезвычайно популярной серии о тамплиерах разворачивается в напряженной атмосфере смятения и террора времен правления Эдуарда II. Его произведения переводились на многие языки континентальной Европы и публиковались в Америке. Последние новеллы этой серии — «Корабль смерти в Дартмуте» и «Проклятье насильственной смерти». В 2004–2005 годах Майкл был председателем Ассоциации писателей детективов. Филип Гуден — автор серии новелл о Нике Ревилле. Действие этих исторических детективов разворачивается в елизаветинском и якобитском Лондоне, во времена шекспировского театра «Глобус». Последние произведения: «Маска ночи» и «Достопочтенный убийца». Сюзанна Грего

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Полчаса спустя, после короткого, но опасного путешествия в ветхом челне, они высадились на вязкий берег и попрощались со шкипером, доставившим их на сушу. Едва тот вернулся на «Святую Радегунду», суденышко подняло якорь и отошло по течению, отправившись в плавание во Фландрию с грузом шерсти. Джон воспользовался попутным рейсом, чтобы как можно скорее добраться до Лондона — ведь верхом им пришлось бы ехать добрую неделю.

Когда борт судна — последняя связь с домом — скрылся в тумане, трое мужчин перебрались через полосу ила — благодарение приливу, довольно узкую. Над берегом они отыскали тропу к горстке хижин и нескольким жилищам посолиднее, составлявшим Вулвич. Деревушка в сырой мгле зимнего утра выглядела совсем жалкой. Самым большим зданием в ней был одноэтажный глинобитный домик с дырявой драночной крышей, поросшей мхом. Однако над дверью висел сухой куст — общеизвестный признак постоялого двора, и, подкрепившись квартой эля на каждого, спутники коронера сумели выторговать трех лошадей внаем. Хозяин таверны мялся, не желая отпускать своих кляч в такую даль, за пределы прихода, однако коронер помахал у него перед носом пергаментным свитком. Прочесть его не сумел бы никто из присутствующих, за исключением Томаса де Пейна, но болтавшаяся под свитком королевская печать произвела нужное впечатление, и хозяин согласился расстаться с лошадьми.

Они ехали на худых клячах вслед за мальчишкой на пони, который должен был проводить их в Бермондси и привести назад лошадей.

Местность, сколько они могли разглядеть в тумане, выглядела бесцветной и голой — прибрежная грязь сменилась жестким бурьяном, а не лесистыми долинами, к каким они привыкли на западе. Деревенские клячи плелись вдвое медленнее, чем прилично хорошей лошади, и де Вулф расспрашивал своего клирика о цели их путешествия. Томас, как всегда охотно и щедро, делился своими неисчерпаемыми запасами знаний в вопросах истории и религии.

— Монастырь был основан сто лет назад, мастер. Дочерняя обитель Клюнийского аббатства Святой Марии в Ла-Шарите-сюр-Луар. Четверо монахов прибыли из Франции, чтобы воспользоваться землями, пожертвованными богатым лондонским купцом.

Гвин, чьи простые взгляды на религию не были тайной для спутников, заявил, что ему плевать, кто основал обитель, лишь бы там была хорошая кухня да уютный странноприимный дом. Томас, что бывало нечасто, согласился с ним.

— Благодарение Богу за постель, которая бы не каталась с боку на бок четыре адские ночи подряд, — горячо пробормотал он, перекрестившись несколько раз при воспоминании о муках, перенесенных на борту «Святой Радегунды».

Дальше они ехали молча, и коронер проклинал обстоятельства, что занесли его в такую даль от дома, жены и любовницы.