ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Молодой капеллан лондонского аббатства Бермондси нарушил обет безбрачия, вступив в преступную связь с благородной девицей. Когда его любовница забеременела, над монастырем нависла угроза королевско... Обитель теней Средневековые убийцы Предисловие Все авторы нашего сборника исторических детективов являются членами «Ассоциации писателей детективов» и часто встречаются со своими читателями во время неформальных бесед и дискуссий в библиотеках, книжных магазинах и на литературных праздниках. Бернард Найт — бывший полицейский патологоанатом, профессор судебной медицины, пишет повести, публицистику, радио- и телевизионные сценарии и документалистику на протяжении более сорока лет. В последнее время он пишет популярную серию исторических детективов о коронере Джоне, прототипом которого послужил первый коронер Девона, живший в двенадцатом веке. Последняя новелла из этой серии, «Благородный разбойник», недавно была опубликована издательством «Simon & Schuster». Иен Морсон — автор известной серии исторических детективов, главным героем которых является детектив из Оксфорда Уильям Фалконер, а действие разворачивается в тринадцатом веке. Майкл Джекс , прежде чем обратится к писательскому ремеслу, торговал компьютерами. Действие его чрезвычайно популярной серии о тамплиерах разворачивается в напряженной атмосфере смятения и террора времен правления Эдуарда II. Его произведения переводились на многие языки континентальной Европы и публиковались в Америке. Последние новеллы этой серии — «Корабль смерти в Дартмуте» и «Проклятье насильственной смерти». В 2004–2005 годах Майкл был председателем Ассоциации писателей детективов. Филип Гуден — автор серии новелл о Нике Ревилле. Действие этих исторических детективов разворачивается в елизаветинском и якобитском Лондоне, во времена шекспировского театра «Глобус». Последние произведения: «Маска ночи» и «Достопочтенный убийца». Сюзанна Грего

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Команда коронера отправилась к этому внутреннему входу и обнаружила в створках ворот маленькую дверцу. За ней им открылся длинный двор, упирающийся вдали во внешнюю стену обители. Слева тянулся еще один ряд зданий с несколькими дверями и рядом закрытых ставнями окон по верхнему этажу.

— Бог с вами, братья! — произнес чей-то голос рядом с ними.

Обернувшись, они увидели прямо за воротами маленький домик, из которого выбирался пузатый монах. Оказавшись в своей стихии, Томас де Пейн бросился к нему, само собой, осенив себя крестом, и залил его потоком латинской речи.

— Чтоб им по-английски не говорить? — пробурчал Гвин. — Мы б хоть знали, о чем они бормочут.

Томас порылся в своем мешке и извлек свиток с поручением Губерта Уолтера. Он предъявил красную восковую печать с затейливым гербом архиепископа Кентерберийского и позволил стражу внутренних ворот прочесть письмо. Румяный монах закивал головой, выказывая положенное почтение коронеру короля и на всякий случай также и Гвину. Затем он сказал что-то Томасу и рысцой заспешил к ближайшей двери.

— Это брат Мальо, и он отведет нас к настоятелю, только сначала покажет, где мы будем жить, — пояснил им клирик, радуясь возвращению в обитель Господа. — Это дом келаря, а над ним — странноприимный дом.

Изнутри первый этаж оказался занят кладовыми и маленькими конторами, где монахи вели списки и счета съестным припасам, напиткам и прочему добру, необходимому для телесного здравия братии, между тем как здравием их душ занимались в глубине обители. Все здесь пропахло волглым плесневелым зерном с примесью ладана. Добравшись до дальнего конца главного коридора, их проводник впервые заговорил по-английски — с сильным бретонским акцентом.

— Сэры, эта лестница ведет в комнаты для гостей и в опочивальни. Есть вы будете здесь, в этой маленькой трапезной перед кухней.

И Мальо указал сначала на большую комнату у подножия лестницы, затем на дверцу в стене, за которой грохотали горшки и сковороды. По простой каменной лестнице они поднялись наверх, где над кладовыми располагалась длинная опочивальня. В начале ее были выгорожены четыре маленькие комнатки, а остальное помещение устилала дюжина тюфяков, положенных прямо на пол. Над дверью в дальней стене висело большое распятие.

— Отсюда выход на галерею и в церковь, — объяснил брат Мальо. — Твоя келья, сэр Джон, будет здесь. Твои помощники будут спать на первых двух тюфяках в обшей опочивальне.

Твердо установив положение каждого из прибывших, толстяк-клуниец поспешил вернуться на свой пост, прибавив напоследок, что за ними скоро придут, чтобы проводить к настоятелю, а после позаботиться, чтобы гостей напоили и накормили.

Де Вулф вошел в свою келью и сбросил вьючную суму на матрас — единственный здесь предмет обстановки.