Позавтракав, она пошла искать Лучию, чтобы спросить, не хочет ли та закончить с благодарственными письмами за присланные подарки. Анни помогала ей писать их и добросовестно надписывала конверты. Обоим девушкам хорошо работалось вместе, и Анни радовалась тому, что узнает Лучию все ближе. Она направилась к кабинету Мигеля и, подойдя к дверям, услышала, как брат и сестра опять громко спорят друг с другом.
Анни остановилась, не решаясь войти, она не понимала, о чем идет речь, так как спор шел на испанском языке, но было ясно, что оба в бешенстве. Ссора напоминала ту, что она наблюдала в первый день приезда. Они опять ругаются из-за Тони или у них какие-нибудь денежные неурядицы, связанные со свадьбой? Девушка заколебалась — войти и прервать этот крик или подождать до тех пор, пока они сами успокоятся? Анни выбрала последнее. Она села в кресло и приготовилась терпеливо ждать.
Внезапно дверь распахнулась, и из нее вылетел Мигель Донварес. Заметив, что Анни сидит у дверей, он остановился, сверкая на нее своими темными глазами.
— Подслушиваешь? — почти прошипел он. Анни встала и шагнула к нему.
— Ты прекрасно знаешь, что я не понимаю по-испански, можешь орать до хрипоты — я не пойму ни одного слова.
Он немного поостыл.
— Ты никогда не учила иностранный язык?
— Я знаю немного немецкий и пару фраз по-испански.
— Ты, наверное, ожидаешь, что в любой стране все должны говорить по-английски? Что за высокомерные у англичан манеры!
— Избавь меня от еще одной лекции об англичанах и их манерах. Ты окончил разговор с сестрой?
— Мне до чертей надоела эта упрямая ослица. — Его сердитое лицо выражало презрение. — Она в кабинете. Извини, я должен ехать.
Он быстро пересек прихожую, входная дверь захлопнулась за ним, и звук этот эхом отозвался у Анни в груди. Ей показалось, что он захлопнул дверь в свое сердце.
Она вошла в кабинет.
— Все в порядке, Лучия?
Лучия, отвернувшись, стояла у окна, глядя в сад. Когда она повернулась, Анни заметила, как девушка напряжена, а на ее щеках следы слез.
— Со мной все хорошо, но мой брат сведет меня с ума. Буквально за день до свадьбы он все еще считает, что мне следует обдумать вопрос о браке. Дело в том, что я попросила выдать мне некоторую сумму перед свадьбой, а он взбесился, решив, что на это меня уговорил Тони, и все началось сначала
— О Господи! — сказала Анни, садясь за стол, за которым она надписывала конверты. — Будет ли этому когда-нибудь конец?
— Мигель пользуется моим бесправным положением, как последний негодяй. — Лучия оторвалась от окна и села за письменный стол напротив Анни, ее лицо было кислым и несчастным.
— Зачем вы унижались и просили у него деньги? Такие люди, как ваш брат, любят показывать свою власть.
— Когда он в первый раз сказал, что не даст мне денег, я не очень огорчилась.






