Он не должен просить ее спланировать его свадьбу с Кончитой, это бесчеловечно и очень жестоко. — Нет!
В его глазах мелькнуло удивление, он посмотрел на Анни сверху вниз. Сильные руки чуть крепче сдавили ее плечи.
— Почему нет?
— Я занята. У меня сейчас полно заказов.
— Лгунья, — сказал он насмешливо и улыбнулся.
— Ты сам лгун! — отозвалась она, охваченная гневом. — Ты обманул меня вчера!
Толкнув его, она высвободилась и шагнула прочь, просто трясясь от гнева и судорожно сжимая кулаки.
Не понимая, отчего она так разозлилась, Мигель попросил:
— Пожалуйста, объясни.
Анни закусила губу, чтобы не разреветься опять, и ответила, отвернувшись:
— Я ничего не должна тебе объяснять, уходи Мигель, я очень тебя прошу.
— И не подумаю. Я жду объяснения, Анни. Нельзя обвинить меня во лжи без достаточных на то оснований.
— Ты считаешь, что у меня нет оснований — Она помедлила, глядя в дальний конец дворика, где собралась небольшая группа туристов, чтобы полюбоваться фонтаном и красотой роз.
— Может быть, мы пойдем в другое место? — попросила она.
— Боишься выяснений отношений на людях? А я нет. Так я жду ответа на свой вопрос.
Голос Мигеля звенел как сталь, было видно, что он не на шутку разозлен.
— Оставь меня, пожалуйста, в покое, — ответила Анни, глядя мимо него на маленькую экскурсионную группу.
— Ты все еще любишь меня, Анни? — От этого негромкого вопроса она вздрогнула и зарделась. Ей захотелось провалиться сквозь землю. — Господи, я надеюсь, что это так, дорогая, потому что я люблю тебя.
В первую минуту сказанное не дошло до ее сознания, поэтому она растерянно переспросила:
— Что?
— Это нелегко. — Он взял ее руки в свои и прямо посмотрел Анни в глаза. — Это нелегко обнаружить, что влюбился во врага. Я всегда смотрел на англичан, как на врагов, с того момента, как умерла моя мать. Но ты совсем иная, я восхищаюсь тобой — твоим умом, красотой, храбростью и деловой сметкой. Ты для меня идеал женщины, я не представляю жизни без тебя.
Анни, обмирая, слушала его слова и чувствовала, что верит стоящему перед ней мужчине. Ее глаза зажглись, на губах показалась счастливая улыбка. Неужели это правда? Правда, что Мигель любит ее? Но как же Кончита? Сомнения снова закрались ей в душу, и она нахмурилась.
— Что теперь? — Он чутко уловил перемену в ее настроении.
— Кончита, — прошептала она.
Он вздохнул, пригладил рукой волосы.
— Мне тридцать четыре года. Самое время обзавестись семьей. Кончита была подходящей партией для меня. Это был бы брак по расчету, и до встречи с тобой я считал, что он устроит нас обоих.
— Я не буду организовывать свадьбу для тебя и Кончиты Лопес, — твердо сказала она.
Он стоял как громом пораженный.
— Свадьбу для меня и Кончиты? Господи Боже, я же сказал тебе несколько недель назад, что наша помолвка разорвана.






