ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роман «Двенадцать» стал сенсацией во всем мире. Рассказанная семнадцатилетним автором пугающая история повествует о жизни нью-йоркских подростков. Оставленные без присмотра дети богатых родителей устр... Двенадцать Ник Макдонелл ЧАСТЬ I Пятница, 27 декабря 1 Белый Майк худ. Он бледен, как клубы дыма. Белый Майк ходит в джинсах, фуфайке с капюшоном и темно-синем пальто от «Брукс Бразерс», которое на нем висит и кажется слишком длинным. Его светлые, почти белые волосы коротко острижены. Белый Майк чист. За всю свою жизнь он не выкурил ни одной сигареты. Никогда не пил, ни разу не пробовал марихуану. При этом Белый Майк весьма успешно торгует наркотиками, хотя началось все с продажи одной дозы кузену Чарли. Учился Белый Майк хорошо, но вот уже шесть месяцев, как он закончил школу и ничем не занимается. Возможно, некоторых интересует, что он вообще делает, но всем проще думать, что он решил перед поступлением в колледж отдохнуть годик. А может, и больше. Белый Майк смотрел фильм «Красота по-американски» про одного парня-наркодилера, который на вырученные деньги покупает дорогую видеоаппаратуру. Парень говорит, что в мире так много красоты, что иногда с ней просто не справиться. «Чушь какая», — думает Белый Майк. Белого Майка не волнует красота. Его взгляд направлен на Верхний Ист-Сайд [1] . После Рождества прошло два дня, и все ученики школ-пансионов вернулись домой. У каждого есть деньги, которые он готов растранжирить. Так что Белый Майк закрутился: сначала забрать товар в Гарлеме, потом все эти унции, пятидесятидолларовые и десятидолларовые пакетики, громкая музыка и открытые вечеринки, где всегда хватает работы. Здесь собираются ребята из Хотчкисс и Эндовера, из школы Святого Павла и из Дирфилда [2] , и все они хотят поймать кайф, чтобы потом рассказывать, как это было, ученикам из Далтона и Коллегиэйт, из школы Чапин и из Ривердейла, у которых заготовлены свои истори

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кроме него, никто никогда не извинялся, но Хантер был приятным белым парнем и умел играть на подборе, поэтому к нему все относились хорошо.

— Я говорю, черт возьми, освободи мое место.

— О’кей. — Хантер пожимает плечами и собирается уже покинуть площадку. Все остальные переглядываются. Как-то это не круто.

— Йо, парень, не позволяй ему такое делать, — вмешивается тот, кто позвал Хантера играть вместо Наны. — Он сам ушел. Тебе и играть.

— He-а, ничего страшного.

— Нет же, парень, ты не обязан уходить с площадки, он сам ушел. Аты играл. Оставайся.

— Что ты сейчас сказал? — спрашивает Нана.

— Я сказал, пусть он останется. Ты ушел. Ты пойдешь следующим.

— Нет, следующим буду я, — говорит Артуро.

— Заткнись, Артуро, — отвечают ему все.

Хантер думает, что всем стоило бы поучиться идти на компромисс. Может, на уроках истории, где сам Хантер узнал о Генри Клее, «великом мастере компромисса»

[7]

. Но Клей никогда не играл здесь, в зале «Рек».

— Нана, уйди с площадки. Хантер — мой нигер, — обращается к Нане еще один черный парень и хлопает Хантера по плечу. Все смеются, кроме Наны. Нана взбешен, он подходит к Хантеру и встает прямо перед ним. Хантер не знает, что делать. Он пятится. Остальные смотрят. Артуро оживляется и начинает вопить: «Дай ему, дай ему!», он весь поглощен происходящим. Нана что-то невнятно и свирепо тараторит.

Хантер — парень достаточно плотный. Но при этом гибкий, текучий. Нельзя сказать, что он толстый, как бык. Ровно столько, сколько нужно, мышц и сухожилий. Когда Хантер наконец ударяет Нану, Нана сильно шатается. Если бы это можно было посмотреть в замедленном воспроизведении, как делается во время спортивных передач, было бы видно, как от удара челюсть Наны сместилась в сторону. Кадр за кадром… это просто отвратительно, многие ребята никогда ничего подобного и не видели. От звука, с которым кулак с силой бьет по человеческой плоти, у всех передергиваются лица.

Хантер, само собой, не ударил его первым, он просто дал сдачи. Он сделал несколько кругов по залу, убегая от Наны. Но когда тот загнал его в угол, Хантер развернулся и перестал себя сдерживать. Он немедленно бросается на помощь:

— Слушай, ты как, в порядке? Я не хотел тебе сделать больно, просто приложи холодное, — и тут же восклицает: — Черт побери! — Нана снова размахивается, и Хантер пригибается. Нана бьет его локтем в ухо, и Хантер едва удерживается на ногах. Он внезапно понимает, что Нана не шутит. Нана кидается на него и получает коленом в зубы. Оба, измазанные кровью, с глухим звуком падают на пол.

Никто не знает, что делать. Это же настоящая драка, а в зале «Рек» драться не принято, пусть и ходят слухи, что прошлым летом там дошло до поножовщины. Хантер и Нана довольно долго катаются, сцепившись, по полу, и наконец ребята их разнимают.