ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Верите ли вы в сны? А в то, что все истории о проклятых домах имеют под собое какую-то реальную основу? Нет? Ну и зря…Вот и Джон Госс во все это не верил. Не придал никакого значения кошмарным снам, ч... Оборотень Бредли Сноу Пролог Пощечина заставила его опрокинуться на спину. Угол кофейного столика больно врезался в спину, чуть не сломав ему хребет. Мальчик лежал на белом ковре, скорчившись и держась рукой за горящую щеку. Боль в спине почувствовалась позже, когда след на щеке поостыл. — Поднимайся, парень! — прогремел хриплый голос его матери. Мальчик посмотрел наверх влажными глазами. Острый блестящий носок черной материнской туфли больно ткнулся в его тело. — Да, ма… — Заткнись, — ее голос хлестнул как плетью. Мальчик содрогнулся в ожидании нового удара. — Встань, замолчи и слушай, что я тебе скажу. Ясно? — Да. Мальчик поднялся на ноги и стоял, глядя в пол. — Что «да»? — Да, ма-ам, — пробубнил он. Его веки устало опустились, когда рука матери еще раз хлестко ударила его по щеке. Он собрал все силы, чтобы устоять и снова не рухнуть на пол, зная, что это лишь приведет к новым мучениям. Где же Энди? Почему он не придет помочь мне? — Оторви глаза от пола и посмотри на меня, когда я с тобой разговариваю! Он взглянул в налитые кровью глаза матери и увидел в них собственное отражение. — Что сказал бы твой отец, увидев тебя сейчас? — Голос матери смягчился, но мальчик по-прежнему молчал. Он успел привыкнуть к постоянным переменам в ее настроении с тех пор, как его отец утонул. Это случилось более года назад. Отца он толком не знал. Тот месяцами не бывал дома, занимаясь рыбной ловлей, а возвратившись, он всякий раз пил то поганое пойло, которое делало его ненормальным. То самое пойло, которое начала пить его мать после смерти отца. Она всегда ругала отца за это. Они могли поднять весь дом среди ночи своими криками, когда папаша напивался. Мать всегда говорила сыну, что эт

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И как экстрасенс может создавать потрясающую иллюзию, но важно, насколько выразительно, это постоянно контролируется «вторичным объектом», а именно экстрасенсом.

«Таким образом, профессор, — вспомнил он голос Гектора, — все, что мы зовем паранормальными явлениями и что приковывает наше внимание, на самом деле всегда имеет вторичный объект».

Он знал, что это объяснение притянуто за уши, но только оно и могло что-то объяснить. Он посмотрел на Джемми Роббинса. Его глаза были прикованы к пустому месту около Джейн. Мартин был уверен, что тварь выглядела счастливой и улыбалась.

Он невольно испытал сочувствие к этому ужасному созданию, думая о том, что ему пришлось пережить за все эти годы. Он жил в одиночестве и, чтобы выжить, был вынужден выдумать себе несуществующего друга. Одиночество было слишком тяжело для него, и его воображаемый друг стал для него реальным.

Мартин часто задумывался о потенциальных возможностях человеческого мозга. Наукой доказано, что лишь часть ресурсов мозга используется человеком. Каким образом Джемми вышел за пределы этой части? Его вера в несуществующего друга была столь сильна, что он наделил его телесной формой.

Мартин думал об основах верования и религии. Если никто не исповедовал какую-либо религию, то такая религия и такие боги умирали. Однако при наличии веры и убежденности эта религия и божества жили. Такие боги для верующего были так же реальны, как окружающий мир. История религии документально подтверждает могущество веры.

Мартин знал, что Джемми обладал такой верой. Его вера настолько сильна, что он сумел распространить ее на других.

Теперь все вставало на свои места. Человек, покидая место своего обитания, оставляет там нередко частицу самого себя, сгусток психической энергии. Шен чувствовал эту энергию в доме. Он был, во-первых, одного возраста с Джемми, когда тот убежал. Еще важнее было то, что Шен испытал похожие эмоции: его мучило одиночество, когда он переехал сюда и остался без друзей. Шен оказался очень восприимчивым к следам Джемми, которые хранил дом. После этого было совершенно естественным для детей организовать банду, а для Шена — распространить на них свое влияние. То, как Джемми вел себя с Шеном, доказывало, что они понимают друг друга и что они с Шеном очень похожи.

Мартин понял, что события этой ночи были для Джемми способом дать своему незримому другу возможность повзрослеть. Он давал ему возможность пройти через ритуал бракосочетания, чтобы сделаться счастливым.

Мартин больше не испытывал страха перед мальчиками с копьями. Он знал, что они могут убить его, но он надеялся, что, когда он начнет действовать, еще будет не слишком поздно.

Он знал, что Джемми Роббинс должен умереть.