ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Их любовь заранее обречена, ведь они такие разные», — можно было бы сказать о героях романов Лайзы Хоган. И действительно, что общего у преуспевающего директора рекламного агентства с певичкой, работ... Против правил Лайза Хоган 1 Ричард Кембелл стоял у окна банкетного зала клуба «Пеликан», время от времени недовольно поглядывая на часы. Ну и где эта, с позволения сказать, стриптизерша? Ребята ждут. Праздник уже достиг той степени буйного веселья, когда разгулявшиеся друзья жениха жаждут чего-нибудь этакого. И долг распорядителя праздника — в данном случае Ричарда — состоял в том, чтобы им это самое «этакое» предоставить. Тем более что стриптиз входил в программу. Положа руку на сердце, сам Ричард подобных увеселений отнюдь не обожал. И в общем и целом жалел, что поддался напору и позволил уговорить себя заказать стриптизершу. Но, проявив слабину, теперь должен был, как человек слова, выполнить обещанное. Тем более что сегодня не просто обычная дружеская вечеринка, а мальчишник Билла Хантера, лучшего и самого давнего друга Ричарда. Только Билл по-настоящему знал и понимал его. Еще бы, ведь вместе им пришлось пройти примерно один и тот же путь. Хотя ему, Ричарду, удалось, пожалуй, достичь куда более высоких вершин. Удастся ли удержаться там — вот в чем вопрос. Последний год выдался невероятно тяжелым. Не успеешь выбраться из одного цейтнота, глядь, а ты уже в самом центре следующего. Поневоле забудешь, что такое «суббота» и «воскресенье». Видимо, исполнительному директору одного из ведущих рекламных агентств Гастингса о выходных лучше вообще не думать. Как, кстати, и о личной жизни. При катастрофической нехватке времени за прекрасной дамой не поухаживаешь. Да и какая прекрасная дама примирится с тем, что на первом месте у ее кавалера все равно стоит работа? Разве что коллега. Но Ричард успел на собственном горьком опыте убедиться в справедливости общеизвестной истины:

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Однако, учитывая, что исполняла эту песенку роскошная красавица, платье которой едва не лопалось по швам от каждого вздоха, да еще исполняла перед толпой разгоряченных мужчин, — все эти «невинные» упоминания о невероятных мечтах и награде, которую получит самый смелый и настойчивый, обретали совершенно иной смысл. На Ричарда вновь нахлынул рой необузданных фантазий. Молодой человек не сомневался: все присутствующие испытывают то же самое.

Но, пожалуй, он единственный из всех присутствующих мог оценить то, до чего не было дела молодым повесам. Недаром голос Флоренс так заинтересовал его, едва она произнесла первую же фразу. У девушки оказался поистине незаурядный талант. Черт возьми! Ну с такими ли данными — и внешними, и вокальными — заниматься стриптизом? Да обратись она к нему в агентство, с руками бы оторвал! Сейчас ведь как раз идет конкурс. И до сих пор ни одной приличной кандидатки.

Песенка тем временем подходила к концу. Должно быть, разогрев аудиторию, Флоренс наконец собиралась перейти к непосредственной своей задаче: стриптизу. Глаза ее сияли, щеки разрумянились.

— Иди вперед отважно ты — и сбудутся твои мечты! — повторила она последнюю фразу, глядя поверх толпы на Ричарда, и ликующе вскинула вверх руки.

Тут произошло неизбежное: крючки шнуровки, и без того еле удерживавшие тесный корсет, лопнули и со звоном разлетелись по полу. Платье соскользнуло с плеч девушки и в долю секунды сползло до самых колен.

Из доброй полусотни мужских ртов вылетел дружный вздох. Все так и замерли, алчно пожирая глазами открывшееся им зрелище. Замер и Ричард. Конечно, он мечтал увидеть прелестную стриптизершу без одежды, рисовал в воображении, как она выглядит… Но не думал, что любопытство его будет удовлетворено так быстро и так полно.

Действительность превзошла все ожидания Ричарда. Поскольку под платьем Флоренс не оказалось лифчика, то грудь девушки предстала взорам присутствующих во всем своем великолепии: высокая, округлая, идеальной формы, с двумя розовыми бутончиками сосков. Трусики, правда, на Флоренс были — черные, шелковые, но такие узенькие и эротичные, что считать их защитой от нескромных взоров было решительно невозможно. Столь же эротично выглядела и узкая полоска пояса, к которому крепились подтяжки чулок. У Ричарда пересохло в горле. Нечего сказать, оригинальное начало. Что же последует дальше?

Однако на лице стриптизерши отразился непритворный ужас.

Во всеоружии этой нехитрой философии, Флоренс вошла в зал. И тут чувствам ее был нанесен удар — первый, но не самый жестокий из всех, что готовил ей этот вечер. Над морем голов у противоположной стены она увидела его. Флоренс не могла бы сказать, что именно остановило ее взор. Ну да, высокий статный брюнет.