ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Первый роман научно-фантастической трилогии одного из самых популярных сегодня американских писателей-фантастов, написанный по сценарию широко известного фильма и посвященный теме внеземных форм жизни... Чужой Алан Дин Фостер Первый роман научно-фантастической трилогии одного из самых популярных сегодня американских писателей-фантастов, написанный по сценарию широко известного фильма и посвященный теме внеземных форм жизни. Семеро спали и видели сны. Спящие не были профессиональными творцами снов. Работа профессионалов оплачивалась очень высоко, они пользовались уважением, за такими талантами охотились. Эти же семеро, как и большинство из нас, видели сны, не прилагая для этого специальных усилий. Чтобы создавать сны профессионально с целью их последующей записи и массового тиражирования для развлечения прочих смертных, требовалось очень многое. Необходимо было уметь регулировать полуосознанные творческие импульсы и в то же время расслаивать воображение - необычайно труднодостижимое сочетание. Профессиональные творцы снов были одновременно и самыми организованными, и самыми непредсказуемыми из творческих людей. Они ткали паутину снов изощренно и изысканно, не то, что мы с вами. Или эти семеро спящих. Из всех семерых Рипли больше всего походила на профессионала. У нее был некий врожденный талант видеть сны и большая, по сравнению с остальными, гибкость воображения. Однако ей не хватало вдохновения и зрелости мысли, характерных для профессиональных творцов снов. Ей хорошо удавались организация размещения грузов и заполнение деклараций. Ее разум действовал четко, но чувства были неуправляемы. В ее голове царил сумбур из всевозможных мыслей, страхов и надежд. Уорент-офицер Рипли явно нуждалась в большем самоконтроле. Витающие в ее голове мысли и образы не до конца осознавались ею. Ей иногда казалось, что стоило ей приложить небольшое усилие, и из нее получился бы неплохой

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Значит, другие и заслуживают больше. Если недовольны, обращайтесь в Компанию.

– Обращайтесь в Компанию! - проворчал Паркер, глядя как Бретт вылезает из своего гроба. - С таким же успехом можно жаловаться самому Господу Богу!

– Точно, - Бретт склонился над панелью своей камеры, что-то там подправляя. Все еще полусонный, не одетый и даже не обтершийся полотенцем, Бретт уже приступил к работе. Он был из тех людей, которые могут несколько дней ходить со сломанной ногой, но не могут смириться с неисправностью туалета.

Даллас, направляясь в отсек центрального компьютера, бросил через плечо:

– Ну вы, болтуны, достаньте кто-нибудь кота.

Рипли вынула из камеры вялое рыжеватое существо и принялась стряхивать с него жидкость.

– Нам следует серьезнее относиться к нему, - сказала она. -Джонс - не часть оборудования. Он такой же член экипажа, как любой из нас.

– Даже лучше, чем некоторые, - Даллас проводил взглядом Паркера и Бретта, которые уже успели одеться и направлялись в инженерный отсек. - Он, по крайней мере, не отнимает у меня время жалобами на оклады и премии.

Рипли ушла, унося с собой кота, завернутого в пушистое полотенце. Кот тихо мурлыкал и, сохраняя достойный вид, вылизывал свою шерсть. Он не впервые выходил из гиперсна. В настоящий момент он был готов вынести унижение, связанное с таким способом его транспортировки.

Даллас обтерся насухо, нажал кнопку у основания своего гроба и достал из бесшумно выдвинувшегося ящика свою одежду.

Пока он одевался, рядом с ним оказался Эш. Научный сотрудник застегивал свою рубашку.

– Мать хочет поговорить с тобой? - шепотом спросил он, кивая на мигающий желтый огонек.

– Да, - ответил Даллас, надевая рубашку. - Желтый сигнал. Это еще не тревога. Не стоит пока говорить остальным. Если будет что-то серьезное, они сами скоро узнают.

Даллас натянул поверх рубашки свободный коричневый жакет, оставив его не застегнутым.

– Может, все еще обойдется, - с надеждой в голосе произнес Эш. - Это всего лишь желтый сигнал, не красный.

– Это пока, - Даллас не был оптимистом. - Я предпочел бы проснуться при веселом зеленом сигнале, зная, что все в порядке.

Он попытался приободриться:

– Может быть, просто неполадки в нашем автоматическом поваре? Если учесть, что он называет пищей, - это было бы просто подарком.

Он попытался улыбнуться, но улыбки не получилось. "Ностромо" не был человеком. Он никогда не разыгрывал шуток с экипажем; и раз уж они были разбужены при желтом предупредительном сигнале, на это должна была быть веская причина. Забарахливший автоповар к таковым не относился. С другой стороны, грех было жаловаться, даже если после многих месяцев сна и придется попотеть часок-другой.