Щель перед Никитой превратилась в широкий проем, один кусок брони повис, скрежеща углом по асфальту, второй вдавился в кабину так, что треснул пульт возле руля.
Мир сверкнул - и пошел полосами, будто телеэкран испортившегося телевизора. Кто-то отключил звук; контуженый Никита оглох от грохота, но в голове пульсировал пронзительный звон. Пространство - огромное, заполненное гигантскими блеклыми тенями, непонятное, чужое - посверкивало, дрожало, и что-то происходило вокруг, но Никита не мог ничего понять - лишь звон, надсадный и острый, как бритва, пульсировал в голове, кромсая мозг. Почти не соображая, что делает, он повернул руль, объезжая автобус, все еще нажимая на педаль газа, увеличивая скорость, зацепил машину бортом, с душераздирающим скрежетом, которого сам не слышал, проворачивая ее на асфальте, волоча… Автобус опрокинулся, перевернувшись кверху колесами, закачался на покатой крыше. Скорость резко увеличилась, дома и деревья понеслись назад, светлый проем впереди надвинулся, быстро расширяясь, - вот он, конец площади.
Невидимая рука великана повернула регулятор громкости в обратную сторону - до предела. Звон смолк, звуки боя обрушились тяжелой волной. Мир опять вздрогнул, сверкнул - и стал знакомым, привычно-опасным, хищным миром Зоны.
Он вырвался. Край площади был прямо перед ним. Грохот выстрелов теперь звучал сзади.
И, заглушая их, оттуда доносился рев мощного двигателя.
Не отпуская руля, Никита рванул ручку, ногой саданул по двери. Выругался, вспомнив, что снаружи второй металлический лист. Подался в другую сторону, локтем надавив кнопку и опустив правый щит, распахнул соседнюю дверцу. Руль он прижал ногой, выставил голову, почти улегшись на сиденья, оглянулся и наконец увидел: огромный синий джип вылетел на площадь с боковой улицы. Круто повернул, объезжая грузовик, качнулся. В кузове его стояло странное устройство со множеством коротких стволов. Никита захлопнул дверцу, схватившись за баранку, вновь нажал кнопку. Броневой щит начал подниматься, что-то загудело - и он встал, едва прикрыв треть двери.
– Твою мать!! - Никита нажал еще раз, еще, целиком вдавив кнопку в пульт, - каждый раз справа доносилось лишь дребезжание сломавшегося механизма.
Теперь «Малыш» ехал на предельной скорости. По нему уже никто не стрелял, склон холма был прямо впереди. А джип, хоть и двигался куда быстрее, находился в начале площади - и ему предстояло преодолеть простреливаемое со всех сторон открытое пространство, на котором кипело сражение.
– Хрен тебе! - крикнул Никита. - Не проедешь!
Сквозь пролом в кабину задувал ветер, шевелил волосы на голове. Никита вдыхал полной грудью, широко раскрыв глаза, его все еще распирало от действия артефакта, тело купалось в клокочущей энергии жизни, звенело, пело от адреналина.






