ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вы много книг читали о хороших и романтичных вампирах, которые положительно относятся к людям и даже завязывают с ними отношения? Аглая тоже их читала, и даже больше, она сама их писала, идеализиру... Теперь я знаю ты-моя расплата За тех, кого обидела когда-то, За тех, кого легко так покоряла, За тех, кого бросала и теряла. Теперь я знаю, ты -- моя расплата За тех, пред кем я очень виновата, За тех, кого безудержно любила, За тех, кого легко потом забыла. "Как и предполагалось, сдулась в числе первых" - подумала я, с отвращением глядя на девицу. -Убить говоришь? Могу и убить, чтобы твоя медлительность не убила других людей, - громко сказала я, и чтобы напугать девицу, двинулась к ней, доставая ятаган. - Лучше спасу четырнадцать людей, чем из-за тебя одной потеряю всех. -Не ннаддо... Я смогу, - заикаясь, пробормотала она и встала на ноги. -Умница, - пренебрежительно бросила я и вернулась во главу нашей группы. "Но долго они всё равно не протянут. Необходимо их довести хотя бы до середины склона. Если я сейчас проявлю мягкость и дам им отдохнуть, потом они всё равно потребуют отдыха, а это потеря двадцати минут, которые для нас важны" - идя вперёд, я оправдывала свой тон и мнимую жестокость, которую, естественно, не собиралась проявлять. "Как же тяжело быть сильной и всё знающей, а я ведь простая девушка, как и они. Отличаюсь, в общем-то, лишь тем, что не позволяла себе распуститься и занималась спортом, когда жизнь ещё была мирной, и вампиры являлись мифом. И вхожу в число тех счастливчиков, на которых вампиры не могут воздействовать. Да и разговаривать так с людьми не в моём характере, но это необходимо. Если я начну со всеми сюсюкать и жалеть их, то погублю. Лучше уж быть сукой и стервой для живых, чем жалостливой для покойников" - наставляла я себя, чтобы не сдаться и не устроить всем привал. Идущие за мной тем временем всё громче сопели и тяжелее дышали, а кто-то д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но воспоминания вернулись вновь и я с болью подумала: "Прости меня, Олежка, что за мою измену и глупость, ты поплатился своей жизнью! Я себе этого никогда не прощу, и Красс заплатит за твоё убийство собственной жизнью!". Но от этих обещаний легче не становилось.

"Какая же я была непроходимая идиотка тогда! Я даже искала утешение в объятиях того, кто убил моего мужа!". Сердце болезненно сжалось, когда я вспомнила похороны Олега и то, как Красс не отходил от меня. Тогда я ещё не знала всей правды, и мне даже в голову не приходило, что он виновен в том несчастном случаи, который якобы случился.

Лишь спустя два месяца я узнала, что Олег не просто попал в аварию, а что она была спланирована. Но перед этим я узнала то, что шокировало и испугало меня. "Хотя тот памятный весенний месяц запомнило всё человечество, потому что наша жизнь перевернулась. Я просто узнала правду чуть раньше, чем все люди".

Та ночь, когда я всё узнала, до сих пор помнилась мне в мельчайших подробностях. Лёжа рядом с Крассом, я не могла заснуть. Меня тревожило чувство вины. С момента смерти Олега прошло чуть больше месяца, и я тосковала по нему всем сердцем, но и не могла отказаться от встреч с Крассом, а это было неправильно.

"Я самая натуральная, похотливая шлюха. Мой любимый муж умер, а я кувыркаюсь со своим любовников в постели. Надо немедленно прекратить эти встречи. Пусть хотя бы полгода пройдёт. Если я на самом деле нужна Крассу, он поймёт меня и подождёт, пока я приду в себя. А если нет..." - дальше я боялась думать, страшась уже и его потерять. Но чувство вины перед Олегом было сильнее, поэтому я собралась духом и пробормотала:

-Красс, я хочу тебе кое-что сказать.

-Что? - он навис надо мной, а одной рукой начал водить по телу.

-Я хочу уехать к матери в Пермь.

-Зачем и на сколько? - требовательно спросил он.

-На полгода, - тихо ответила я и когда увидела, что его глаза сузились, быстро затараторила: - Это неправильно, что Олег умер, а мы тут с тобой наслаждаемся жизнью. Я не могу так! Я чувствую себя шлюхой! Олег заслуживает того, чтобы я скорбела о нём. Пусть хотя бы полгода пройдёт...

-Об этом не может быть и речи, - отрезал он, не дав мне договорить. - Я запрещаю тебе уезжать.

-Что?! - я изумлённо посмотрела на него, а потом меня затопила волна негодования. - А я тебя не спрашиваю - можно или нет, а ставлю в известность! Я еду и точка! Это не обсуждается!

-Нет, ты не едешь, - безапелляционно заявил он. - На пару дней я мог бы тебя отпустить, и то, только со мной. Но о сроке в полгода не может быть и речи.

-Хм, посмотрим! Я сама себе хозяйка! - воскликнула я и попыталась вскочить с кровати.

Но Красс мгновенно схватил меня и, уложив назад, тихо произнёс:

-Через неделю может начаться хаос, и я не знаю, сколько он продлится.