Может, в милицию позвонить? Стоит, мол, ночью перед дверью неизвестно кто. А может, это вор?!»
Виктор никогда в жизни не звонил ни в какую милицию. Куда звонить-то? 02? И что?.. Ждать полчаса, пока приедут? Потом открывать им среди ночи, объясняться? Всех соседей переполошить, Машу будить? А если старик вообще уйдет до их приезда? Тогда что?
Виктор очень осторожно, стараясь не скрипнуть, поудобнее сел в кресло и замер. Он боролся с острым желанием включить монитор и посмотреть, что делается в коридоре, и в то же время чутко и настороженно прислушивался. Нет ли каких шевелений, царапаний, шорохов у входной двери? Не доносятся ли оттуда какие-нибудь звуки?
Однако все было тихо. Даже как-то неестественно-тихо. Тишина стояла мертвая. Даже привычного шума машин с улицы не слышалось.
Виктору вдруг показалось, что он остался один-одинешенек во всем мире. Нет никакой Маши, никаких соседей, никакой милиции, вообще никого! Все они глубоко спят и не проснутся, не помогут. Что бы с ним ни случилось. Все они остались где-то там, в другом, живом, обычном мире. Из которого он каким-то образом выпал и от которого с каждой минутой все больше и больше сейчас удаляется.
Виктора охватил нечеловеческий, дикий ужас и вместе с ним отчаянное, безумное желание спастись, сделать хоть что-нибудь, пока еще есть время, пока еще не поздно!!
Он судорожно дернулся и включил монитор. Экран медленно загорелся. Коридор был пуст.
Виктор, еще не до конца осознавая случившееся, но уже испытывая в душе чувство совершенно невыразимого, неописуемого облегчения, быстро щелкнул кнопкой переключения камер. Никого! В коридоре действительно никого не было. Старик и в самом деле бесследно исчез.
Виктор еще некоторое время посидел в кресле перед пустым экраном, успокаиваясь и постепенно приходя в себя. Руки дрожали. Голова горела, на лбу выступила испарина. Чувствовал он себя совершенно разбитым и опустошенным, но в то же время так, словно только что чудом избежал огромной опасности.
Посидев еще немного, он наконец встал, выключил домофон, поставил будильник на 8 часов (Черт! Спать-то уже некогда!) и, взяв его с собой, тяжело переступая ватными ногами, отправился в спальню. Кое-как там в темноте разделся и осторожно лег с краю кровати. (Маша во сне вздохнула и перевернулась на другой бок.)
Заснул он сразу, и приснился ему кошмар.
Явилась во сне ему его мать, умершая много лет назад. Виктор очень любил и глубоко уважал свою мать. Бесконечной доброты и смирения была женщина, никогда ни на что не жаловавшаяся и никогда не унывающая. Настоящая мученица.
Ни разу она ему до этого раньше не снилась, и он и во сне очень обрадовался, увидев ее.
Но что это?!.. Что с ней?.. Полно! Да она ли это?!..






