Он решает ускориться, быстрее цепляться, пусть и получается с трудом, а от испарений от лестницы он и вовсе начинает задыхаться…
Серая ткань раскалилась добела… Слой сгорает за слоем, но Гарри не сдается… Не заботясь уже об обожженных коленях и ребрах, он спешит, судорожно цепляясь за перекладины и в последний момент удерживаясь на них…
Вот и край лестницы… Еще немного… И можно упасть на каменный пол и изо всех сил прижаться всем телом к холодным плитам…
Осторожно повернуть голову набок и открыть глаза…
Увидеть обуглившиеся куски материи в двух шагах от себя, сидящего и опустившего голову зельевара…
Вспомнить, что Северус Снейп там, внизу, оставил себе меньший кусок ткани, а значит, и пострадал больше…
Но при этом все время подъема молчал…
Осторожно подползти к своему профессору, не дыша, осмотреть сожженные ладони…
Глубокие морщинки на лбу, опаленные ресницы… Седые пряди в волосах…
Глубоко вздохнуть и зажмуриться… Оторвать от своей рубашки полоску ткани и попытаться перевязать ему ладони… Часто моргая и стиснув зубы…
Отползти подальше и снова лечь на пол, запрокинув голову…
Услышать тихое:
— Спасибо, Гарри…
И устало закрыть глаза…
* * *
Очередной переход заканчивается тупиком. Северус Снейп внимательно изучает внезапно появившуюся стену, Гарри Поттер спокойно садится на пол.
— Вы замерзнете, — делает замечание профессор, продолжая осмотр.
— Это ненастоящая стена, сэр. Она исчезнет через какое-то время. Я такую уже видел.
— В самом деле?
— Да… Когда попытался пойти один… После того зала…
— Что ж, похоже на правду. Будем ждать, — Снейп заканчивает исследование и поворачивается к Гарри. — И, тем не менее, встаньте.
— Но…
— Живее! Иначе заработаете простуду или воспаление легких, а лечить мне вас здесь нечем.
Снейп делает шаг к Гарри, и тот поспешно поднимается:
— Хорошо, хорошо! Я встаю… — и тихо бормочет: — Заболеете… Подумать только… Столько раз уже здесь сидел на полу — и ничего, а тут на тебе…
— Типично гриффиндорский подход, — едва слышно комментирует зельевар и отворачивается.
— Но я же встал! — возмущенно восклицает Гарри.
— Так для вас «гриффиндорец» — это уже оскорбление? Неожиданный поворот…
— Я… Нет… Я… — начинает Гарри, но замолкает, понимая, что его переиграли вновь.
* * *
Вопреки ожиданиям, спустя час стена не исчезла, зато пространство коридора расширилось, а в дальнем углу возник традиционный стол с солоноватым розовым напитком в серебряном кувшине и лепешками на плоских тарелках. Правда, почему-то не оказалось циновок на полу…
— Странно, что здесь появилась комната отдыха, — заметил Гарри, запивая не слишком разнообразную, но все же довольно питательную еду.






