ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Эмма Е Теодор Бирман Предисловие к публикации Был первый рабочий день недели, но я был свободен и решил прогуляться вдоль набережной. Одна и та же небольшая стоянка обычно оказывается на моем пути первой, на которой имеются свободные места. Когда я выходил из машины, меня уже караулил сторож нехитрого предприятия. Я по привычке называю этих людей сторожами, хотя уверен, что подстерегают они исключительно владельцев автомобилей, чтобы обменять квитанцию на пару десятков шекелей. Интересно, что сделает этот «сторож», если заподозрит, что за машиной явился отнюдь не ее владелец? Вызовет полицию? Попросит предъявить квитанцию? Ох, вряд ли. Их гораздо правильнее было бы называть билетерами. Они, по-моему, довольно часто меняются, уж этого, попадись он мне когда-нибудь раньше, я бы запомнил. Билетер-сторож. Странный субъект: низкорослый, худой с опухшей физиономией, в целом напоминающей расчесанный первый весенний (потому особенно сочный) комариный укус. Взгляд его сначала уперся мне в переносицу, потом скользнул нетерпеливо по виску, плечу, по правой руке, в которой должны были появиться деньги в уплату за предоставляемую услугу. Его мысли, потревоженные, видимо, моим вторжением, вскоре, однако, успокоились и вновь расселись на прошедших выходных днях, как воробьи на голых ветках. Прибавьте непрерывное бормотание, состоящее из одних проклятий, адресованных, впрочем, явно не мне, а просто поднимавшихся из его горла как пена, и вы поймете мое удивление по поводу снисходительности и толерантности работодателя, нанявшего этого жутковатого типа. Сверх необходимого минимума для всякой платной стоянки — участка земли, ограды и билетера — здесь имелось только асфальтовое покрытие

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Позже я прочел все, и гарантирую — речь идет не о некоем легковесном тексте, который увидев склоненную над собой прелестную женскую головку, восклицает в непритворном умилении: «Ах! Меня читают!» — Нет, речь идет о повествовании, пропитанном суровым мужским драматизмом и наполненном высоким чувством ответственности перед серьезным читателем.

Но тогда, когда я прочел еще только начало и конец, я задумался о том, как следует мне поступить в данной ситуации. «Сторож» (я продолжу его так называть), продавший мне компьютер, как ни неприятен был на вид, не был похож на вора и тем более на убийцу. Как все же мог попасть к нему в руки этот лэптоп? Сомневаюсь, что я сам нанял бы этого вурдалака для какой-то постоянной работы в доме. Разве что если бы писал роман, и жалкая личность служила бы мне прототипом для одного из героев. И вот, странный сторож мой (домработник, в данном случае) приходит, чтобы с уже знакомыми читателю проклятиями и отвращением вытереть пыль и восстановить правильный порядок расстановки стульев у большого стола в гостиной, но находит дом пустым. На кровати в спальне покрывало и простыня сбиты к изголовью, подушки — торчком, неприятный запах, но и здесь никого нет. Из ценностей — только раскрытый лэптоп на письменном столе в кабинете. На сочинение, он, конечно, не обратил внимания. А если бы и обратил, то вряд ли стал знакомиться с ним при сложившихся в тот момент обстоятельствах, тем более — не полез бы в его конец.

Хозяин дома, возможно, оставался ему должен денег. Может быть, те самые триста шекелей, за которые и был продан мне лэптоп. Я понимаю желание странного субъекта решить имущественный спор с внезапно исчезнувшим работодателем при помощи короткой внесудебной процедуры. Я тоже никогда в жизни не имел дела с судами, а с полицейскими — только в тех случаях, когда нечаянно нарушал правила дорожного движения у них на глазах. Один только раз я добровольно явился в полицейский участок за предназначенной для одной придирчивой фирмы справкой об отсутствии у меня уголовного прошлого (в учреждение это, в конце концов, я так и не был принят).

Мне, в общем-то, довольно ясно представилось происшедшее — автор пошел в спальню, чтобы проверить детали того, о чем пишет и, может быть, ухватить еще какую-нибудь мелочь, которая сделает описание более правдоподобным. Далее — внезапный инфаркт, падение, крышка захлопнулась. Матрас, падая, повилял упитанной талией и успокоился, а автор не очнулся раньше, чем в ящике закончился кислород… Думаю, несчастного давно уже нашли, квартира его перешла по наследству, может быть, уже продана. Так что с моральной точки зрения, а не с формально-правовой, к которой я всегда испытывал неприязнь, у меня не должно быть претензий к «билетеру-сторожу-домработнику».