ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ужас вырывается на просторы Галактики. Рушатся одно за другим государства, гибнут миллионы людей. Потоки крови захлестывают планеты. Имя Кошмару – Империя, Смерти – Иван де Берг. Наполовину человек... Молот Александр Михайлович Авраменко Часть первая Пролог Иван проснулся от того, что за окном пошел дождь. Мягкий шелест мокрой листвы, мерный цокот капель о каменную плитку… Внутренние часы подсказали, что еще глубокая ночь, но спать дальше отчего-то вдруг расхотелось. Иван поднялся с кровати, подошел к столу и включил терминал интеллект-системы. Комната озарилась мягким светом вспыхнувшей голосферы экрана, и неожиданно для себя де Берг сел, откинулся на спинку удобного стула, заложил руки за голову. Работать абсолютно не хотелось. Явара взяла один из эсминцев и полетела на планету Знающих, чтобы завершить начатое Прогностом. Кроме Дворца там находилось и несколько монастырей, готовивших жрецов, поэтому Симбионт собиралась провести полную зачистку… Рука сама утопила кнопку вызова, и через мгновение в динамике прозвучал голос дежурного: – Ваше Величество? – Принесите мне кофе. Не спится. – Слушаюсь!.. Иван принял прежнюю расслабленную позу и снова погрузился в бездумье. Симбионта не будет еще около месяца, так что… напрягаться, пожалуй, не стоит. В дверь постучали. – Да? – Ваш кофе, господин. – Войдите. На пороге появилась одна из служанок, катившая перед собой небольшой сервировочный столик. Поклонившись, девушка быстро переставила на рабочий стол кофейный набор и с поклоном же удалилась, а де Берг налил себе первую чашку… Первый глоток, как правило, самый вкусный. Иван выбрал из принесенного воздушное пирожное, откусил. Снова сделал глоток и вдруг схватился за грудь. Словно нож вонзился ему в солнечное сплетение. Де Берг выронил от боли чашку, и та с жалобным звоном упала на пол, расплескивая ароматный напиток. Мужчина скорчился от боли, не в силах даже вздохнуть. Зрач

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Так, пара выстрелов, чтобы разогнать охранников чьих-нибудь дворцов из местных аристократов…

Одетые в глухую броню солдаты врывались в роскошные покои, вытаскивая из укрытий и тайников Светлейших, тащили их на площади и тут же вздергивали на фонарях. Иногда, впрочем, некоторых, сверившись со списком, неожиданно оставляли в покое. Хуже всех пришлось самому Эстольду, которого взяли в личных покоях, где герцог со страхом ждал, чем кончится сражение. Его выволокли наружу и посадили на кол, для которого использовали личный штандарт Сиятельного. Кастрат прожил еще двое суток, прежде чем умер…

Через сутки по погруженной в отчаяние планете было передано обращение Императора, который объявил о вхождении бывшего Марлитанского герцогства в состав Империи, об отмене прежних титулов, о новом порядке. И если на прочих шести мирах Владения обращение чужака было принято с восторгом, то на центральной планете – с унынием, поскольку подавляющее большинство ее обитателей были аристократами и их потомственными слугами. Впрочем, практически все главы благородных семейств украшали собой все подходящие для виселиц столбы, а сами семьи… Разговор с ними был короток – их просто отправляли в лагеря. Бывшим аристократам предстояло осваивать новые миры для Империи…

Двери личных покоев с грохотом слетели с петель, и в украшенные драпировками палаты, стуча сапогами, ворвались закованные в черную броню солдаты. Алые светофильтры защитных щитков поневоле внушали страх своим сиянием в полумраке вечера. Старший из штурмовиков, отличающийся массивными наростами на глухом шлеме и количеством нашивок на груди, пробасил что-то, и солдаты мгновенно скрутили всех, кто находился в помещении, выстроили в одну шеренгу. Офицер медленно прошелся вдоль строя, всматриваясь в каждое лицо и отдавая короткие приказания. Подчиненные выхватывали отмеченных пленников и сгоняли в несколько групп.

Незнакомый язык, на котором давались указания, необычного вида доспехи. И – движения. Казалось, под броней скрывались не люди – настолько точными и даже изящными были их движения. Ничего лишнего, голая функциональность, точнейший расчет, присущий лишь машинам.

Кое-кто из арестованных начал покрываться холодным потом при виде происходящего. Наконец жуткая процедура сортировки была закончена. Самую малочисленную группу, в которой были собственно владелец поместья, его братья и сыновья, вывели во двор. Сухо треснул залп, в воздух полетели клочья хорошо прожаренной плоти.

При виде экзекуции некоторые женщины упали в обморок, кое-кто из мужчин стиснул кулаки, клянясь отомстить любыми путями. Но большинство смотрело на смертную казнь бывшего владельца с равнодушием. Они были всего лишь слугами. И ничего, кроме смены хозяина, их не ждало.