ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как быть, если любимый не решается произнести нужные слова? Что его удерживает — сомнение в своих чувствах, бывшее родство, а может быть, неверие в женскую преданность или природная сдержанность? Лори... Мужская душа Мария Феррарелла ГЛАВА ПЕРВАЯ — Должно быть, ты устала, — сказал Кэрсон О'Нил. Чуть обернувшись, его невестка улыбнулась в ответ. Кэрсон увидел, что ямочки на ее щеках стали глубже. Обычно эти ямочки не привлекали его внимания. Погруженный, в свою работу, Кэрсон в последнее время вообще замечал очень мало. Но после смерти брата у него появился почти неосознанный интерес к великому множеству вещей, которые касались Лори О'Нил. В отличие от брата, Кэрсон по своей натуре был ответственным человеком. И это вовсе не означало, что ему нравилось делать все то, что приходилось. Но он считал эти дела своей обязанностью. Так, после смерти отца он заботился о матери. И всегда опекал младшего брата. Или пытался опекать. Также он упорно трудился здесь, в качестве директора Детского центра Святой Августины, принимавшего столь многих детей и имевшего от этого столь малую прибыль, но все еще собиравшего деньги и остававшегося на плаву благодаря нечеловеческим усилиям Кэрсона. Кэрсон поймал баскетбольный мяч и перекинул его мальчишке, едва достававшему ему до груди. Парнишка усмехнулся и убежал прочь с пойманной добычей. Как обычно, это была игра на выбывание. У Кэрсона не было недостатка в работе. Когда умер отец, мать оказалась не в состоянии заниматься делами, и в свои пятнадцать лет, Кэрсон стал главой семьи. Это было не так уж легко. Курт рос шалопаем, хотя и необыкновенно очаровательным. Кэрсон любил брата и пытался сделать все, чтобы поставить его на ноги. Он стремился быть рядом с ним, оказывать ему поддержку и материальную помощь всякий раз, когда представлялся случай. А случай представлялся, как показывало время, не так уж редко. Однако, несмотря на все усилия б

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Интересно, подумала Лори, что делают эти женщины сегодня вечером и считают ли они свое материнство столь же прекрасным, как это было вначале?

Господи, откуда такие дурацкие мысли? Может быть, предстоящее рождение ребенка и материнство до смерти ее пугают?

Она остановилась на красный свет. Руки скользили по рулю.

Нужно включить фары ночного света, подумала она.

Сейчас ей казалось, что она беременна всю жизнь. Долгое ожидание неизвестного. И вдруг она поняла, что боится — боится быть ответственной за кого бы то ни было, кроме себя самой.

— Я знаю, что тебя волнует, Анжела, — прошептала она, глядя в темноту и выжимая педаль газа.

Сейчас Анжела чувствует себя несчастной и одинокой. Возможно, если она позвонит девочке и побеседует с ней и если договорится о встрече с врачом, Анжела не будет так страдать.

В следующий момент Лори внезапно сообразила, что не знает телефонный номер Анжелы. Ко всему прочему она не знала даже, где живет девочка, и как зовут ее маму, так что никакой справочник ей не поможет.

Но телефонный номер Анжелы, возможно, есть в компьютере Кэрсона.

Лори развернулась на сто восемьдесят градусов и поехала в сторону Центра.

* * *

На машине от ее дома до Центра Святой Августины было около пятнадцати минут, но здесь был совершенно другой мир. Узкие улицы, неприветливая, мрачная атмосфера. Окна зданий смотрели на проезжающие машины угрюмо. Уличные фонари скорее отбрасывали тени, чем освещали дорогу. Когда Лори оказывалась здесь, она почему-то становилась печальной.

В таком месте выросли Курт и Кэрсон, подумала Лори. И они всегда хотели забыть об этом.

Только Кэрсон вернулся сюда. Это был его выбор.

Впереди Лори увидела Детский центр Святой Августины. Окна, где находился офис Кэрсона, были освещены. Она взглянула на часы. Было больше восьми.

Что Кэрсон делает в такое время на работе?

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Парковка была почти пустой, если не считать полуразвалившегося грузовичка Кэрсона. Другая его машина, седан, стояла в гараже дома. Да сзади приютился старенький «бьюик-скайларк», который он любовно ремонтировал последние три года. У Лори было ощущение, что починка машины успокаивает его.

Каждому человеку нужно отвлечься, подумала она.

Поставив машину за пикапом, Лори захлопнула дверцу и прошла в здание. С чувством неприятной озабоченности она вошла в офис. Проникающий свет манил и завораживал.

На мгновение она замерла у двери, наблюдая за Кэрсоном и стараясь быть при этом непредвзятой. Кэрсон — очень симпатичный мужчина, подумала она. Он выглядел привлекательнее, чем Курт. Зрелость и непреклонность украшали его лицо. Это был уровень, которого Курт не достиг.

Прежде Кэрсону недоставало вкуса к жизни, решила она. Счастливых и горестных переживаний. Контрасты всегда полезны.