ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как быть, если любимый не решается произнести нужные слова? Что его удерживает — сомнение в своих чувствах, бывшее родство, а может быть, неверие в женскую преданность или природная сдержанность? Лори... Мужская душа Мария Феррарелла ГЛАВА ПЕРВАЯ — Должно быть, ты устала, — сказал Кэрсон О'Нил. Чуть обернувшись, его невестка улыбнулась в ответ. Кэрсон увидел, что ямочки на ее щеках стали глубже. Обычно эти ямочки не привлекали его внимания. Погруженный, в свою работу, Кэрсон в последнее время вообще замечал очень мало. Но после смерти брата у него появился почти неосознанный интерес к великому множеству вещей, которые касались Лори О'Нил. В отличие от брата, Кэрсон по своей натуре был ответственным человеком. И это вовсе не означало, что ему нравилось делать все то, что приходилось. Но он считал эти дела своей обязанностью. Так, после смерти отца он заботился о матери. И всегда опекал младшего брата. Или пытался опекать. Также он упорно трудился здесь, в качестве директора Детского центра Святой Августины, принимавшего столь многих детей и имевшего от этого столь малую прибыль, но все еще собиравшего деньги и остававшегося на плаву благодаря нечеловеческим усилиям Кэрсона. Кэрсон поймал баскетбольный мяч и перекинул его мальчишке, едва достававшему ему до груди. Парнишка усмехнулся и убежал прочь с пойманной добычей. Как обычно, это была игра на выбывание. У Кэрсона не было недостатка в работе. Когда умер отец, мать оказалась не в состоянии заниматься делами, и в свои пятнадцать лет, Кэрсон стал главой семьи. Это было не так уж легко. Курт рос шалопаем, хотя и необыкновенно очаровательным. Кэрсон любил брата и пытался сделать все, чтобы поставить его на ноги. Он стремился быть рядом с ним, оказывать ему поддержку и материальную помощь всякий раз, когда представлялся случай. А случай представлялся, как показывало время, не так уж редко. Однако, несмотря на все усилия б

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Его загнали в угол, и ему оставалось только объявить о своем банкротстве. Он не хотел, чтобы это случилось, пока остаются какие-то варианты.

Кэрсон сердито выдохнул воздух.

— Хорошо, ты победила.

— Победила? — откликнулась Лори, улыбка играла на ее губах. Она поморгала глазами, изображая наивную девчушку. — Кого я победила, Кэрсон?

Он понял, что она разыгрывает его. Но это не изменило темы беседы.

— Необходимо найти спонсора. Это не соответствует моим правилам, я не хочу идти на улицу с протянутой рукой, но ничего другого не остается.

Лори была рада такому повороту событий. Наконец-то она сможет оказать ему реальную помощь.

— Никакой протянутой руки, Кэрсон, я обещаю. Мы найдем с ними общий язык, они сами дадут нам денег. — У нее разыгрался аппетит, она положила себе еще еды. Ее глаза светились, великие планы начали выстраиваться у нее в голове. — Но, так или иначе, мы должны будем найти повод для встречи. — Размышления заняли у нее всего секунду. Ее глаза засверкали, когда она произнесла: — Придумала, у нас будет вечеринка в честь пятидесятилетия.

Это начинало его раздражать.

— Что?!

— Центр был построен в тысяча девятьсот пятьдесят первом, — напомнила она ему. — Знаешь, времена подстриженных пуделей, гладко зачесанных волос и невинности… — Она подмигнула. — Во всяком случае, так считается.

— Зачем нам нужен какой-то повод? — Даже после того, как в его жизни все перевернулось, Кэрсон продолжал стремиться к простоте отношений.

— Причины две. Людям нравится хороший повод и нравится веселиться за чужой счет. — Она знала, что он ей сейчас скажет, и опередила его: — Не ты, но очень многие. Так или иначе, мы предоставим им и то, и другое.

— Кто это «мы»? — Его роль в предстоящей вечеринке, подумал Кэрсон, заключалась в том, чтобы позволить ей сделать все самой. — Это будет строго твоя задача.

— Ты говоришь, как будто нам предстоит организовать высадку войск в Нормандии. — Она сделала несколько заметок для себя. — Все будет здорово, Кэрсон. Поверь мне.

— Я не хочу никого изображать из себя. — Ему не понравилась ее улыбка. Он отодвинул от себя тарелку. — Нет, вычеркни меня из этого списка. Ты все сделаешь сама. Я буду только сторонним наблюдателем.

— Не шуми, — сказала Лори. — Не наблюдателем. — Она снова придвинула к нему тарелку. — Ты должен быть в центре событий.

Это целиком ее идея. Ему незачем даже показываться, решил Кэрсон.

— Почему? — спросил он.

— Потому что «Святая Августина» — твой Центр. Я обещаю, что тебе достанутся только представительские функции. — Она снова подмигнула, вызывая у него странные подозрения. — Я сделаю все остальное.

Мысль о том, что ему придется что-то «представительствовать» повергла его в смятение.

— Ты только, что родила ребенка, тебе надо отдыхать, — сказал Кэрсон.