ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

У Маделин Делакарт, целиком посвятившей себя бизнесу и благотворительности, нет времени на мужчин. Но однажды она встречает дерзкого и отважного Люка Беннетта, и он пробуждает в ней глубокие чувства. Приручи меня Келли Хантер Глава 1 Маделин Мерси Делакарт нравилось смотреть на почти обнаженных мужчин. Разумеется, у нее были свои предпочтения. Худощавые юноши с гладкой кожей радуют взор. Таких в Сингапуре пруд пруди. Хорошо сохранившиеся пожилые мужчины тоже иногда привлекают к себе внимание, но ими проще восхищаться, когда они одеты. Нет, такая богатая женщина, как Маделин, отдавала предпочтение суровым воинам с боевыми шрамами. Тем, которые носят джи — просторные халаты для восточных единоборств. Те, которые не носят рубашек на жарком сингапурском солнце и позволяют женщинам любоваться их загорелыми мускулистыми торсами. Маделин повезло. Сейчас, когда ее глаза привыкли к тусклому освещению небольшого доджо в центре сингапурского Чайна-тауна, она получила возможность любоваться не одним, а сразу двумя воинами. Первого зовут Джейкоб Беннетт. Этот австралиец с черными как вороново крыло волосами и голубыми глазами прибыл в Сингапур примерно в то же время, что и Маделин — более десяти лет назад, — и никогда отсюда не уезжал. Они с Джейкобом прекрасно друг друга понимают. Оба выжили в трудных условиях и не задают друг другу вопросов. Доджо, в котором она сейчас находится, принадлежит ему. Если у этого сурового воина и есть какие-то слабые стороны, она никогда их не видела. Он всегда немного хмурится, когда ее видит. Это из-за того, что она слишком часто просит его оказать ей услугу. Соперника Джейкоба Маделин никогда раньше не видела ни в этом доджо, ни вообще в Сингапуре, иначе непременно бы его запомнила. Он на пару дюймов выше Джейкоба, но телосложение у него такое же крепкое. Цвет волос и оттенок кожи у них одинаковые. Возможно, он брат или кузен Джейкоба. Он определ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Люк задвигался быстрее. Он был слишком возбужден, чтобы церемониться. Уже слишком поздно думать, что лифт не самое подходящее место для того, чем они сейчас занимаются.

Когда он достиг предела, Мэдди укусила его за шею, затряслась на нем и простонала его имя. Мгновение спустя он присоединился к ней в экстазе освобождения.

То, что они, потеряв здравый смысл, сохранили вертикальное положение, казалось Люку чудом. Еще большим чудом было то, что Маделин находилась в его объятиях. Прижавшись лбом к ее лбу, он закрыл глаза и пробормотал:

— Мэдди, прости…

— Не надо извиняться, — сказала она, прижав дрожащие пальцы к его губам. — Ты ни в чем не виноват.

Убрав руку, она поцеловала его. Он ответил на ее поцелуй, на этот раз с нежностью. Внутри его начала разливаться новая волна желания, угрожая захлестнуть его целиком. Оторвавшись от ее губ, он легонько поцеловал ее в висок, затем посмотрел в зеркало и, ужаснувшись тому, что сделал, снова закрыл глаза.

— Я бы хотел… — Чего? Чтобы последних пяти минут не было? Нет, он совсем этого не хотел. — Мне следовало быть к тебе внимательнее. — Ему не следовало терять над собой контроль.

— Я ни на что не жалуюсь.

Услышав в ее словах правду, он открыл глаза и обнаружил, что Мэдди серьезно смотрит на него.

— Я сама этого хотела. Хотела тебя, несмотря на все доводы здравого смысла. Возможно, я не знаю, что со всем этим делать дальше, но я большая девочка и могу взять на себя ответственность за произошедшее.

Пока Маделин это говорила, ее тело подрагивало в его руках. Закончив свою речь, она опустила ресницы и закусила припухшую от поцелуев нижнюю губу.

— Хочешь еще? — произнес он хриплым голосом.

— Да, Люк. Пожалуйста… — простонала Маделин и еще крепче обхватила ногами его бедра.

Ему ничего не оставалось, кроме как выполнить ее просьбу.

Когда Маделин пришла в себя после очередного полета на вершину экстаза, она обнаружила, что Люк тяжело дышит, прислонившись плечом к зеркалу. Глаза его были закрыты, а губы растянуты в широкой улыбке.

— Ты это начала, — промурлыкал он. — У тебя есть идеи, как это закончить?

— Ни одной. Ты понимаешь, что отныне, всякий раз заходя в этот лифт, я буду думать о тебе?

Люк еще шире заулыбался. Очевидно, решил, что это не его проблема. Он медленно открыл глаза:

— Пользуйся лестницей.

— Что нам сейчас делать?

— Если мы проведем в таком положении еще хотя бы полминуты, я тебя уроню. — Выйдя из нее, он осторожно снял с себя ее ноги и поставил ее на пол. После этого он взял в ладони ее лицо и нежно поцеловал в губы. — Давай договоримся, Мэдди. Если ты не будешь думать о том, что произошло, я тоже не буду.

— Это хорошая идея, — ответила Маделин, поправляя платье. — Ее стоит обдумать.