Он выглядит таким расслабленным, таким непринужденным. До сих пор его доводы казались ей логичными. Возможно, он не собирается переводить их отношения на новый уровень. Возможно, он просто хочет сменить обстановку.
— В-третьих, здесь есть ты.
Сердце Маделин бешено заколотилось в груди. В нем боролись друг с другом надежда и страх.
— Я не пытаюсь навязать тебе отношения, которые тебя не интересуют, но по телефону ты сказала, что хочешь определиться, в какой точке мы находимся. Что тебе нужно, чтобы я заявил о своих намерениях. Итак, Мэдди, я готов это сделать. Я хочу изучить то, что между нами происходит. Уделить этому необходимое время и посмотреть, что из этого выйдет. Таковы мои намерения.
— Ты правда планируешь реорганизовать свою жизнь, чтобы в ней появилось место для меня? — спросила Маделин.
Она всегда мечтала быть нужной. «Однажды, когда я стану старше… Однажды, когда во мне кто-нибудь будет нуждаться…»
— Это не так уж трудно, Мэдди. Сменить место жительства для меня не так проблематично, как для большинства людей. Я буду проводить здесь всего две недели из пяти. Я непритязателен. Мне не нужно никаких излишеств…
— Люк, — перебила она его. — Помолчи. Ты портишь волшебные мгновения. Я хочу, чтобы они продлились немного дольше, если не возражаешь.
Его лицо озарила улыбка. Это было похоже на яркое солнце после дождя.
— Значит, тебе нравится эта идея?
Мэдди еще как следует ее не обдумала, но в целом она ей понравилась.
— Скажем, она меня заинтересовала. — Подойдя к нему, она села ему на колени, осторожно прильнула и поцеловала его в губы. — Она мне показалась такой простой.
— Она действительно проста. Кажется, я уже говорил тебе, что люблю, когда все просто.
— Добро пожаловать в Сингапур, — прошептала она.
Люк провел ночь у нее. В ее постели.
* * *
Проснуться следующим утром и выбраться из постели с обнаженным Люком было для Маделин настоящим подвигом. Он всю ночь занимался с ней любовью, и ей не хотелось его будить. Ей лучше принять душ и начать готовиться к рабочему дню, а он пусть спит. Чем больше он будет отдыхать, тем скорее восстановится его плечо.
Взгляд Маделин упал на квадратную марлевую повязку, прикрепленную лейкопластырем к его коже. Она увидела на ней бледное пятнышко засохшей крови, и ей стало не по себе. Эта повязка — неприятное напоминание о том, что Люк, несмотря на всю его смелость и силу, уязвим.
Он рассказал ей о своей работе, чтобы дать ей представление о том, чем он занимается. Она ему за это благодарна. По крайней мере, она будет знать, когда и куда он уедет в следующий раз. Правда, она сомневается, что будет меньше за него переживать.
— Неужели есть такие книги? — удивился он.
— Да, они старинные. Надеюсь, ты любишь овсянку.
— Ей не нужно беспокоиться, — сказал Люк. — Я могу поесть в кафе.






