ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

У Маделин Делакарт, целиком посвятившей себя бизнесу и благотворительности, нет времени на мужчин. Но однажды она встречает дерзкого и отважного Люка Беннетта, и он пробуждает в ней глубокие чувства. Приручи меня Келли Хантер Глава 1 Маделин Мерси Делакарт нравилось смотреть на почти обнаженных мужчин. Разумеется, у нее были свои предпочтения. Худощавые юноши с гладкой кожей радуют взор. Таких в Сингапуре пруд пруди. Хорошо сохранившиеся пожилые мужчины тоже иногда привлекают к себе внимание, но ими проще восхищаться, когда они одеты. Нет, такая богатая женщина, как Маделин, отдавала предпочтение суровым воинам с боевыми шрамами. Тем, которые носят джи — просторные халаты для восточных единоборств. Те, которые не носят рубашек на жарком сингапурском солнце и позволяют женщинам любоваться их загорелыми мускулистыми торсами. Маделин повезло. Сейчас, когда ее глаза привыкли к тусклому освещению небольшого доджо в центре сингапурского Чайна-тауна, она получила возможность любоваться не одним, а сразу двумя воинами. Первого зовут Джейкоб Беннетт. Этот австралиец с черными как вороново крыло волосами и голубыми глазами прибыл в Сингапур примерно в то же время, что и Маделин — более десяти лет назад, — и никогда отсюда не уезжал. Они с Джейкобом прекрасно друг друга понимают. Оба выжили в трудных условиях и не задают друг другу вопросов. Доджо, в котором она сейчас находится, принадлежит ему. Если у этого сурового воина и есть какие-то слабые стороны, она никогда их не видела. Он всегда немного хмурится, когда ее видит. Это из-за того, что она слишком часто просит его оказать ей услугу. Соперника Джейкоба Маделин никогда раньше не видела ни в этом доджо, ни вообще в Сингапуре, иначе непременно бы его запомнила. Он на пару дюймов выше Джейкоба, но телосложение у него такое же крепкое. Цвет волос и оттенок кожи у них одинаковые. Возможно, он брат или кузен Джейкоба. Он определ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Эту работу, против которой ты так возражаешь, Люк делает не ради удовольствия и наград. — Голубые глаза Джейка неистово засверкали. — Это его призвание, отражение его внутренней сущности, так что если ты не можешь уважать его выбор и любить его еще больше за его самоотверженность, тебе лучше уйти из его жизни.

Его слова прозвучали жестоко, но ей было нечего возразить.

— Ты собираешься причинить боль моему брату, Мэдди? — спросил Джейк. — Или ты любишь его достаточно сильно, чтобы остаться с ним?

Маделин сжала руки в кулаки, ища в себе смелость, так необходимую для возлюбленной воина.

— Чем обычно занимаются люди, которые ждут возвращения воинов? — спросила она.

Взгляд Джейка задержался на ее почти пустом стакане.

— Помимо этого, — добавила она, издав смешок.

Пятнадцать минут спустя женщина и мальчик вошли в зал для восточных единоборств вместе со своим учителем и начали медленно повторять его движения.

Он хорошо делал свою работу, полностью отдаваясь ей, но при этом его мучило неприятное ощущение, которое до сих пор он испытывал лишь однажды, — когда умерла его мать.

Это было чувство пустоты, к которому примешивалась неуверенность. Он не знал, что будет его ждать по возвращении в Сингапур.

Он спрашивал себя, перестал ли По на него злиться. Будет ли Юн готовить на целую армию, когда он вернется, или ему придется снова добиваться ее расположения?

Работает ли Маделин с утра до ночи, чтобы не думать об опасности, которой он себя подвергает? Достаточно ли прочны их отношения, чтобы выдержать разлуку, или, когда он вернется, Мэдди скажет ему, что с нее достаточно?

В свободные часы он пытался читать, заниматься в спортзале, проводить время со своими товарищами. Он ловил вместе с ними рыбу, слушал скабрезные анекдоты и истории о двадцатифутовых белых акулах, в которых правда смешивалась с вымыслом. Обычно это помогало ему отвлечься, но не сейчас.

Тогда он решил позвонить Маделин. Офицер связи набрал номер, который продиктовал ему Люк, и сказал, что у него есть три минуты.

Мэдди подошла к телефону после третьего гудка.

— Привет, Мэдди.

— Где ты? — спросила она.

— Все еще на борту судна. Работаю.

— Ничего не случилось? — осторожно спросила она. — Ты в порядке?

— В полном. Это рутинная работа. У меня выдалась свободная минутка, и я решил тебе позвонить. Как у тебя дела?

— Хорошо, — ответила она.

После этого в разговоре возникла пауза, которую Люк не знал, чем заполнить. Он не мастер подобных разговоров. До сих пор он никогда никому не звонил с работы.

— По кое-что для тебя сделал из обрезков, оставшихся от парты, — наконец сказала Мэдди. — Не буду говорить, что это, чтобы не портить сюрприз, но получилось красиво. Думаю, это своеобразный способ попросить у тебя прощения за то, что он тебе наговорил.