ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

О чем может мечтать мужчина? О богатстве, успехе, красавице жене, вслед которой поворачиваются головы всех мужчин? Да, считает герой. Но встреча с дерзкой незнакомкой, произошедшая при необычных обсто... Тихая гавань Бетти Монт Мальчику было больно. Больно так, что временами он задыхался. Шофер вез его по пустынному шоссе, сочувственно поглядывая в зеркало заднего вида. Если бы это был ушиб, он бы приложил лед, чем-то смазал и забинтовал порезы. Но боль, которую испытывало это маленькое, бледное, темноволосое существо, исцелить было нельзя. В одночасье рухнул весь его привычный мир, рассыпался тот теплый уютный кокон, который создавала вокруг него мать. А видит Бог, сделать это в роскошном холодном доме под бесцветным, невыразительным взглядом отца было крайне трудно. Видимо, устав от борьбы и придя к выводу о ее тщетности, она и решилась на столь отчаянный шаг. Был ли это порыв, о котором она тут же пожалела, или продуманное решение, никто не знал. Конечно, Бог ей судья, но шоферу до слез было жаль мальчика. Лучше бы она взяла его с собой! Он свернул с основной дороги, и вскоре они подъехали к двухэтажному коттеджу, окруженному безукоризненно ухоженным парком. Мисс Милдред, как и ее брат, была педантична, рассудительна и холодна. И не такое место требовалось мальчику, чтобы успокоиться и отойти душой после перенесенного удара. Но решал, разумеется, отец, который на время всяческих судебных дрязг отправил сына к сестре. Обычно живой и подвижный, мальчик вяло выбрался из машины, и шофер обратил внимание, до чего он похож на отца. Никто не поспешил им навстречу, и шофер, положив руку на плечо мальчику, легонько подтолкнул вперед. Каждый шаг давался ему с трудом. Казалось, к ногам были привязаны пудовые гири. Он не поднимал глаз от гравия дорожки. Что еще мог увидеть он в этом мире, который потерял для него запахи и краски? Милая, добрая, нежная мама, которая была средот

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Но — что? — поторопила его миссис Райан.

Он вздохнул.

— Но мне кажется, что выглядит она ужасно. Не ждите меня, миссис Райан.

Лоренс положил трубку, чувствуя странное головокружение. Боясь упасть, он добрался до стула и снова сел, склонив голову до колен и ожидая, пока пройдет слабость.

— Лоренс? Что случилось? Она не… — Голос Мэй звучал резко от нетерпения и беспокойства.

Он быстро выпрямился, от этого все перед ним закружилось, как в водовороте. Каштановые кудри, бледное лицо, огромные светло-карие глаза, казавшиеся почти черными из-за расширившихся зрачков. Лоренс заморгал. Сердце колотилось о ребра, кровь шумела в ушах подобно морскому прибою.

— В чем дело? Скажите мне.

Он наконец понял, чего Мэй так боялась услышать.

— Нет-нет, она не умерла, — поспешил заверить ее Лоренс. — Она спит. Я жду, когда она проснется.

Мэй с облегчением выдохнула и почти упала на соседний стул.

— Слава Богу! Когда я увидела вас в таком подавленном состоянии, я решила…

Он поморщился.

— Просто я почувствовал легкую слабость. — Поскольку она продолжала пристально смотреть на него, Лоренс поспешно добавил: — Сейчас все в порядке.

Мэй казалась самой весной в желто-зеленом платье, поверх которого был наброшен темно-зеленый пиджак. При виде нее Лоренс сразу воспрял духом.

— Сестра, кажется, считает, что мать чувствует себя хорошо. Но ведь они всегда так говорят, правда?

— Они не стали бы лгать, Лоренс. Если говорят, что хорошо, значит, так оно и есть.

— Пожалуй, вы правы.

Его пристальный взгляд опустился на ее стройные ноги, а затем еще ниже, на черные лодочки. Может быть, она так приоделась, потому что, навестив его мать, собиралась пообедать с Питером?

— На что вы смотрите?

Он резко ответил:

— Я и не знал, что на что-то смотрю!

— Нет, смотрите. Вам не нравится мое платье? Или это мои туфли заставили вас скривить губы?

— Конечно нет. И я не кривил губы. Все не так… То есть я хочу сказать, что не делал ничего подобного.

Лоренс понимал, что запутался, и усмехнулся. Такое уж воздействие она оказывает на него. Он всегда гордился умением контролировать себя. Куда же оно подевалось теперь? Нужно взять себя в руки.

В коридор вышла сестра.

— Я думала, вы уже ушли, — обратилась она к Лоренсу. — Честное слово, сейчас нет никакого смысла ждать. Почему бы вам не вернуться сюда днем?

Мэй встала.

— Как она?

Женщина дружески улыбнулась ей.

— О, здравствуйте. Ведь это вы привезли ее, да? Я вас помню. Сегодня ей гораздо лучше. Не думаю, что она у нас задержится дольше, чем на несколько дней.

— Чудесно! Что ж, тогда я зайду навестить ее позже.

Они вышли из больницы вместе. Лоренс хранил молчание. Он никак не мог придумать, что бы ей сказать. На улице Мэй посмотрела на него.

— Вас привез шофер? Он ждет где-то поблизости?

— Нет, я собирался взять такси.