ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Никому и в голову не могло прийти, что под обликом рассудительной, спокойной, «настоящей леди» Хьюстон Чандлер скрывается страстная, необузданная в своих эмоциях женщина, способная на самые невероятны... Лёд и пламя Джуд Деверо ПРОЛОГ Толстая старуха, с выбившимися из-под изношенной шляпы редкими седыми волосами и с почерневшими зубами, на удивление легко взобралась на сиденье большой повозки. Сзади лежали овощи, накрытые сырой холстиной. — Сэйди! Она повернулась и увидела по левую сторону преподобного Томаса, высокого красивого мужчину, озабоченно нахмурившего брови. — Вы будете соблюдать осторожность? Не выкинете какой-нибудь глупости? Не будете привлекать к себе внимание? — Обещаю, — произнесла Сэйди неожиданно молодо звучащим голосом, — я долго не задержусь. С этими словами она тронула поводья, и повозка громыхая двинулась в путь. Дорога, ведущая из города Чандлер, штат Колорадо, к шахтам — а туда и направлялась Сэйди — была долгой, лошади то и дело спотыкались о выбоины. Однажды ей пришлось ждать на одной из веток Южной железной дороги, пока пройдет поезд. К каждому из семнадцати шахтерских поселков была проведена железнодорожная линия. Миновав поворот к шахтам Фентона, Сэйди поравнялась с торговой повозкой, в которой тоже сидела старуха. Сэйди придержала лошадей и осмотрела местность вокруг — настолько, насколько хватало глаз. — Что-нибудь случилось? — тихо спросила Сэйди старуху. — Нет, но разговоры о создании профсоюза не утихают. А как у тебя? Сэйди коротко кивнула. — На прошлой неделе случился обвал в туннеле номер шесть. Они не хотят тратить время на сооружение подпорок и продолжают копать. У тебя нет мяты? — Брось ты все это, Сэйди, — сказала женщина, наклоняясь поближе. — Будь осторожна. «Маленькая Памела» — самая опасная. Я боюсь Рейфа Таггерта. — Его многие боятся. А вот и еще одна повозка, — ее голос стал ниже. Она подхлестнула лошадей. — До следующей

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Не уходи от разговора. Блейр, пожалуйста, давай поменяемся местами. Всего на один вечер. Я бы пошла в другой раз, но боюсь, мистер Гейтс не позволит, да и Лиандер будет против, а больше такого случая не представится. Последнее безумство перед замужеством.

— В твоих устах это звучит, как «перед смертью». Кроме того, Лиандер сразу догадается.

— Не догадается, если ты будешь правильно себя вести. Не забывай, что мы обе хорошие актрисы. Посмотри, как я каждую среду изображаю старуху. Все, что тебе нужно, это вести себя тихо, не спорить с Лиандером, не говорить о медицине и двигаться, как леди, а не делать вид, будто ты бежишь на пожар.

Блейр задумалась, и Хьюстон поняла, что сестра сдается.

— Ну пожалуйста, Блейр. Я редко тебя о чем-либо прошу.

— Если не считать того, что я по твоей милости месяцами торчу в доме отчима, которого не выношу. Что неделями терплю компанию этого самодовольного человека, за которого ты, похоже, все-таки выйдешь замуж. Что…

— Блейр, пожалуйста, — прошептала Хьюстон. — Я так хочу посмотреть его дом.

— Тебя интересует только его дом? Не сам Таггерт?

Хьюстон поняла, что выиграла. Блейр делала вид, что ей не хочется идти на то, о чем ее просят, но Хьюстон видела, что по каким-то ей одной известным причинам она готова согласиться.

— Господи, Боже мой, — сказала Хьюстон. — Я же была на сотне приемов, и со мной еще ни разу не случалось, чтобы хозяин вел себя не по-джентльменски. К тому же, там будут и другие гости.

По крайней мере, она надеялась на это. Ей не хотелось снова быть прижатой к стене.

Блейр неожиданно улыбнулась:

— Ты не против, если после вашей свадьбы я расскажу Лиандеру, что он провел вечер со мной? Я готова на что угодно ради того, чтобы увидеть выражение его лица в этот момент.

— Пожалуйста. Лиандер не лишен чувства юмора. Думаю, он сможет оценить эту шутку.

— Не уверена, но во всяком случае, ее смогу оценить я.

Хьюстон обняла сестру.

— Пойдем собираться. Я хочу надеть что-нибудь соответствующее этому дому, а ты надень голубое атласное платье от Ворта.

— Я бы надела свои бриджи, но это все испортит, как ты думаешь? — лукаво спросила Блейр, входя в дом следом за сестрой.

Поднявшись к себе, Хьюстон перевернула весь гардероб, изрядно пополнившийся в преддверии свадьбы, пытаясь выбрать что-нибудь подходящее.

Наконец она остановилась на платье из розовато-лиловой и серебряной парчи, отороченном горностаем, с открытым квадратным вырезом и короткими рукавами с буфами из такого же розовато-лилового шифона. Она решила спрятать платье в кожаный саквояж — он не привлек бы внимания, так как Блейр всегда носила с собой футляры, набитые странными по форме медицинскими инструментами, — и переодеться у Тайи.