ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Преуспевающий бизнесмен Саймон Брэдли неожиданно узнает, что у него есть сын. Чтобы забрать осиротевшего мальчика, ему нужно сначала убедить его опекуна Тулу Барронс, что из него получится хороший оте... Дочь моего врага Морин Чайлд Глава 1 Саймон Брэдли не любил сюрпризов. На своем горьком опыте он знал, что всякий раз, когда позволяешь застигнуть себя врасплох, случается катастрофа. Он человек дисциплины. Главное для него — порядок и правила. Ему понадобилось всего один раз взглянуть на женщину, находящуюся в его кабинете, чтобы понять, что она не в его вкусе. «Впрочем, она хорошенькая», — подумал он, медленно окидывая ее взглядом. В ней примерно пять футов четыре дюйма, но из-за хрупкого телосложения она кажется еще меньше. Ее короткие светлые волосы мягко обрамляют лицо. В ушах покачиваются большие серебряные серьги-обручи. Выразительные голубые глаза задумчиво смотрят на него. Губы изогнуты в полуулыбке, отчего на правой щеке образовалась ямочка. На ней надеты черные джинсы, черные сапоги и ярко-красный свитер, облегающий ее небольшие, но женственные формы. Проигнорировав вспышку мужского интереса, он встретился с ней взглядом и поднялся из-за стола: — Моя личная помощница сказала, что у вас ко мне какое-то срочное дело. — Да. И пожалуйста, зовите меня Тула. — Подойдя ближе, она протянула ему правую руку. Его пальцы обхватили ее хрупкую ладонь, и его словно током поразило. Прежде чем он успел понять, что это такое, она отдернула руку и сделала шаг назад. Бросив взгляд в огромное окно за его спиной, она сказала: — Какая красота! Отсюда видно весь Сан-Франциско. Вместо того чтобы посмотреть в окно, он уставился на нее. Его пальцы все еще покалывало от ее прикосновения, и он потер их друг от друга, чтобы избавиться от этого ощущения. Она совсем не его тип, но ему доставляет удовольствие на нее смотреть. — Не весь, но большую его часть. — Почему бы вам не поставить к

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Но разве вас можно за это осуждать? Знаете, какова была моя реакция, когда Шерри впервые дала мне подержать Натана? Я так боялась его уронить, что вцепилась в него мертвой хваткой.

Никогда в жизни Саймон не испытывал большего страха, чем в тот момент, когда впервые взял на руки сына, о существовании которого не знал до сегодняшнего дня. Но он не собирается никому в этом признаваться, особенно Туле Барронс.

Саймон поерзал на узком неудобном стуле. Как он до сих пор его не раздавил?

«Интригующая женщина», — подумал он. Помимо этого он заметил, что темно-зеленый свитер красиво облегает грудь, а ногти на босых ногах покрыты темно-красным лаком. Что на одном из маленьких пальчиков блестит серебряное колечко.

Она совсем не похожа на женщин того типа, с которыми Саймон привык иметь дело. На женщин, которых он предпочитает. Все же в ней есть что-то магнетическое. Что-то… раздражающее.

— Вы собираетесь пялиться на меня весь вечер или, может, все же хотите со мной поговорить?

— Я собираюсь с вами поговорить, — произнес он, раздосадованный тем, что она заметила, что он ее разглядывал. — На самом деле мне нужно многое вам сказать.

— Мне вам тоже. — Поднявшись, она взяла у него ребенка и посадила его в высокий стульчик. Пристегнув его ремешком, она улыбнулась Саймону: — Полагаю, мы можем поговорить за ужином. Я приготовила курицу. Без ложной скромности заявляю: я хороший повар.

— Вы снова говорите правду? — спросил он с улыбкой.

— Вы сами сможете в этом убедиться, когда попробуете.

— Договорились.

— Вот видите, как мы с вами хорошо ладим. — Тула быстро и ловко перемещалась по кухне. В таком маленьком помещении это неудивительно. — Расскажите о себе, Саймон, — попросила она, положив Натану на поднос для еды кусочки банана. Он тут же рассмеялся, схватил один и сжал в кулачке.

— Он это не ест, — заметил Саймон, когда Тула открыла духовку, достала из нее курицу и поставила на кухонную стойку.

— Ему нравится с этим играть.

Саймон вдохнул головокружительный аромат куриного мяса со специями и заставил себя сказать:

— Ему не следует играть с едой.

Тула повернула голову и посмотрела на него с возмущением:

— Он маленький.

Саймон нахмурился:

— Да, но…

— Можете расслабиться. Обещаю, он не будет давить бананы в кулаке, когда поступит в университет.

Разумеется, она права, но он не собирается ей это говорить. Он привык, что люди лезут из кожи вон, чтобы ему угодить. Что никто не осмеливается его поправлять, а уж тем более с ним спорить.

Как только эта мысль пришла ему в голову, Саймон поморщился. Неужели он действительно такой скучный самодовольный тип?

— Итак, вы говорили…

— Что? — спросил он.

— Вы рассказывали мне о себе, — сказала она, ставя на стол тарелки и бокалы.