Анспач сказала:
— Ты можешь определить, где находится передатчик?
— Нет, никак. Но мы знаем, где находятся пещеры.
Когтей покачал головой.
— Верно ли твое предположение, что это сигнал?
Бернхард повернулась к нему:
— Оно верно. Мы проверяли. В течение четырех дней.
Конвей осторожно произнес:
— Четыре дня — не слишком большой срок, Кейт.
Вмешалась Тейт:
— А для меня достаточно большой. Луис знает, что говорит. Давайте послушаем, уже время. — Она указала на камень, к которому подбиралась тень от гномона.
— Слушать нечего. — Леклерк указал на крошечный зазор в идущем к земле проводе. — Смотрите сюда.
Сбившись в кучу, люди напряженно молчали.
— Вот! — закричал Леклерк, показывая.
Тейт выпрямилась:
— Это все? Эта крохотная голубенькая искорка? Это и есть твой сигнал?
Слишком увлеченный наблюдением за искрой, Леклерк резанул воздух ладонью.
— Точно вовремя. Как я и говорил.
Долгое время после того, как искра исчезла, все неподвижно смотрели на провод, как будто что-то еще видели. Гнетущая тишина. Первым нарушил молчание Конвей:
— Хорошо, это сигнал. И что дальше?
Картер, вскочив со своего места, отошла на пару шагов и, подняв руку, заговорила, обращаясь ко всем:
— Не спешите… Никто ничего не должен говорить. Кроме нас, есть еще и другие. Нужно подумать.
Тейт возразила:
— Нужно подумать, это правда, но думать быстро. Мы должны решить: отправляться на поиски этих людей или нет. Но Дженет права. Кроме нас, есть еще и другие. Для меня это Налатан. Для нее, Сью и Кейт это Избранные. — Тейт подмигнула Леклерку. — Ну и, может быть, они тоже. — Луис, нахмурившись, заметно покраснел, а лицо Кейт просто пылало. Тейт продолжила: — Если кто-нибудь хочет идти или остаться — это его дело. Я предлагаю решить это по дороге на ферму. Там мы все выскажемся. Никто не будет задавать вопросов, и никто не будет спорить. Согласны?
Последовало долгое напряженное молчание. Леклерк рассеянно разбирал свое примитивное радио и закрывал его чехлом. Потом он задумчиво проговорил:
— Мне кажется, это наилучший выход. Наше собственное решение, к которому мы придем, исходя из личных причин. Когда мы вернемся, я буду говорить первым, если никто не возражает. Никто не возражал. Снова воцарилась тишина. Обратная дорога показалась долгой и тяжелой.
У огня их встретил жизнерадостный Гэн.
— Как раз вовремя. Мы скоро начнем готовить. — Вглядевшись в их лица, он осекся. Радость померкла. — Что-то случилось? Почему вы так серьезны?
Они спешились, как будто стыдясь взглянуть в глаза. Тейт сразу же пошла к Налатану, а Конвей быстрыми шагами направился к Ланте. Та встревоженно посмотрела на него, но Конвей лишь покачал головой.
Леклерк сказал:
— Мы пришли к тебе как странники, Мурдат. — Обращение заставило Гэна насторожиться.






