ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Рассказы Уильяма Тревора представляют яркую и самобытную страницу в истории англоязычного рассказа ХХ века. Тревор - признанный мастер динамичного, полного скрытой иронии диалога, ему свойственно с... За чертой Уильям Тревор Е. Гениева. Ирландские шутки Уильяма Тревора В английской словесности традиция писать нравы уходит в глубь веков. В совершенстве ею владели Джеффри Чосер, с которого и "пошла" национальная литература, Генри Филдинг, создатель монументальных и красочных в своей людской пестроте "романов больших дорог", ироничная Джейн Остен, Диккенс, огласивший страницы своих сострадательных книг ярмарочной многоголосицей, гневный обличитель Теккерей, певец трагического Томас Гарди, безупречный стилист и знаток людских слабостей Сомерсет Моэм. Не угасла эта традиция и в современной литературе Великобритании. Напротив, ряды писателей, хроникеров будней и быта, пополнились в послевоенные годы новыми славными именами, среди которых - Уильям Тревор. Уильям Тревор (псевдоним Уильяма Тревора Кокса) родился 24 мая 1928 года в провинциальном городке Митчелстаун в графстве Корк. Разносторонне одаренный от природы, получивший основательное университетское образование в дублинском колледже Святой Троицы, в стенах которого учились многие ирландские писатели, Тревор прежде, чем посвятить себя литературному труду, сменил несколько профессий: преподавал историю в школе, в течение шестнадцати лет был скульптором, работал рекламным агентом. Но годы, отданные нелитературным занятиям, очень пригодились Тревору, когда он довольно поздно всерьез взялся за перо. Историк чувствуется в его, казалось бы далекой от исторического содержания, нравоописательной прозе. Чувствуется в ней и скульптор, уверенным резцом извлекающий из бесформенного камня лица и судьбы. Не прошла для Тревора даром и работа рекламного агента. "Мне приходилось рекламировать разные разности, - заметил в одном интервью

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Все, что было с ними, как они шли к отелю, а потом - непозволительная роскошь - сидели в баре, как с деланной непринужденностью поднимались поодиночке наверх, - все это казалось сказкой, словно по волшебству ставшей реальностью. И самым фантастическим в этой сказке была ванная на втором этаже, ванная, где они шептались, лаская друг друга, и где дальние страны, такие будничные для него на службе, манили к себе, как загадочные края, когда он рассказывал о них девушке, соблазнительной, точно подружки Джеймса Бонда. Теперь ему не осталось ничего, кроме воспоминаний. Иногда в метро он закрывал глаза и с пронзительной ясностью видел мрамор с нежными прожилками, огромные медные краны, ванну, в которой свободно помещались двое. А иногда ему слышалось журчание далекой музыки и голоса "Битлз", распевающих о любви в ванной комнате, как некогда они пели об Элеоноре Ригби и о других.

За чертой

Перевод Н. Васильевой

Мы любили ездить в Ирландию в июне.

Впервые мы отправились туда вчетвером, если не ошибаюсь, в 1965 году, и с тех пор каждый год проводили две недели июня в Гленкорн-Лодже, в графстве Антрим. Рай земной, сказал как-то Декко, и с ним нельзя было не согласиться. Недалеко от городка Ардбиг, почти у самого моря, стоит усадьба времен Георгов. При всей величественности архитектуры здание не кажется тяжеловесным, к прибрежным скалам спускается парк, через заросли рододендронов ведет к дому длинная дорога - в Ирландии такие дороги называют аллеями. В начале шестидесятых Гленкорн-Лодж приобрела английская семья, супруги Мэлсид, они много перестраивали и достраивали, но георгианский стиль усадьбы удалось сохранить. В укрытом от ветров саду растет инжир, а в оранжереях под заботливым присмотром отца миссис Мэлсид, старого мистера Секстона, зреют абрикосы и персики. Мэлсиды привезли старика из Суррея, так же как и далматских догов Чарджера и Снуза.

Это Стрейф раскопал для нас Гленкорн, наткнувшись на рекламное объявление в журнале "Леди", в ту пору Мэлсиды еще нуждались в рекламе. "Что вы на это скажете?" - спросил Стрейф как-то вечером после второго роббера и прочитал объявление вслух. Мы раз уже съездили на Коста дель Соль, доверившись рекламе, и ничего хорошего из этого не получилось, кормили там отвратительно. "Давайте попробуем ирландский вариант", - осторожно предложил Декко. И мы решили попробовать.

Мы - это Декко, Стрейф, Синтия и я, старые партнеры по бриджу. Друзья зовут меня Милли, хотя мое настоящее имя Дороти Милсон. Декко получил свое прозвище еще в школе, и Декко Дикин, пожалуй, звучит недурно. Он и Стрейф вместе учились, поэтому мы зовем Стрейфа по фамилии: он майор Р. Б. Стрейф, а его полное имя Роберт Бьюченен Стрейф.