- Их породила кровь, реки пролитой крови, той, что скрыта за этими благозвучными названиями.
Синтия умолкла, и я подумала, наконец-то она иссякла. Но она начала снова:
- Когда они приехали сюда во второй раз, вокруг все перестраивалось. У дома громоздились бетономешалки, грузовики мяли траву, повсюду крики и брань. И тогда они уехали, каждый отправился своей дорогой: детство кончилось, ушло в прошлое вместе с идиллией их первой любви. Он стал клерком на верфях. Она уехала в Лондон и поступила работать в игорное бюро.
- Дорогая, - очень мягко прервал ее Стрейф. - Все, что ты рассказываешь, очень увлекательно, но мы здесь ни при чем.
- Разумеется, нет. - Синтия в деланном согласии закивала головой. - Они же выродки, уроды. Разве они могут быть иными?
- Никто этого не говорит, дорогая.
- Их история должна была бы на этом кончиться, он так и работал бы в доках Белфаста, а она принимала бы ставки. Их не слишком веселая детская любовь прошла бы без следа, как суждено такой любви. Но почему-то у них все получилось иначе.
Декко попытался перевести разговор на другую тему, начал рассказывать, как у них в школе один ученик воспылал романтической страстью к дочери землекопа, а потом женился на ней. Мы помолчали, Синтия устало сказала:
- Вам на все наплевать. Наплевать, что их уже нет в живых.
- Их, Синтия? - спросила я.
- Господи, да я же говорю вам! - закричала она. - Эту девушку убили в ее комнате на Мейда-Вейл.
Хотя у меня любовная связь с женатым мужчиной, я стараюсь думать о душе. Хожу в церковь, принимаю причастие, Стрейф тоже ходит к причастию, правда, не так часто, как следовало бы. Синтию же никак не назовешь религиозной, и меня покоробило, с какой легкостью она богохульствует, как легко говорит о смерти на Мейда-Вейл после всего этого вздора про историю и детей. Стрейф качал головой - ясное дело, Синтия просто не отвечает за свои слова.
- Синтия, дорогая, - сказала я. - Ты ничего не путаешь? Ты в расстроенных чувствах, тебя мучили кошмары. Может быть, это только твое воображение или ты что-то прочитала...
- Бомбы не взрываются сами собой. Смерть не приходит сама собой в Дерри и Белфаст, в Лондон, Амстердам и Дублин. Всегда есть убийцы - вот о чем история этих детей.
Наступило молчание, мы сидели растерянные, не зная, что сказать. Но Синтия и не ждала от нас никаких слов, она твердила свое:
- Мы пьем джин с тоником, едим барашка или котлеты по-киевски. Милая Китти приветливо встречает нас в столовой, а в холле старина Артур всегда готов к услугам. Здесь кругом цветы, и у нас свой постоянный столик.
- Разреши, мы проводим тебя в твою комнату, - умоляюще попросил Стрейф, а я взяла Синтию под руку.
- Пойдем, старушка, - сказал Декко.
- Искалеченные на улицах, лужи крови на стоянках машин.






