Потом Семенцов спросил, видел ли Галаган, кто подобрал шляпу Аносова, и услышал ответ: «Полищук». Семенцов переглянулся с Михайлюком. Больше Галаган не был им нужен. Ему опять забили рот кляпом, впихнули в мешок, который нашелся у Михайлюка, и вытащили во двор, а со двора, оврагом, вниз, к берегу моря.
Было темно, тихо, лишь издали доносились звуки губной гармоники, на которой играл по вечерам румынский ветеринар, живший у старухи просвирни.
Галаган завертелся в мешке, как кот, услышав плеск прибоя. Михайлюк, не обращая на него внимания, словно он был уже не человек, а просто лишний предмет, отыскал на берегу увесистый камень. Семенцов привязал камень к мешку, взвалил мешок на плечи и вошел в море. Мешок бесшумно опустился на дно.
Так непредвиденно для Данилы Галагана было отмечено его производство в старший полицейский чин.
Задерживаться в городе было теперь не к чему. Следовало поскорее вернуться либо к морякам, либо в отряд… нет, к морякам он быстрее доберется — и попытаться спасти комиссара. Семенцов и сейчас еще не верил, что казнь назначена на завтра.
Он постоял в тяжелом раздумье посреди комнаты. Взгляд его упал на шляпу. Он взял ее, протянул Михайлюку. Семенцов с той целью и надел ее в дорогу, чтобы как-нибудь дать знать комиссару, что его сигнал принят. Михайлюк выслушал Семенцова и спрятал шляпу в сундук.
— Пошли, — сказал Семенцов Косте, который все еще стоял у стены и ежился, словно ему было холодно.
Костя отрицательно покачал головой.
— Ты что? — не понял Семенцов.
— Я останусь, — сказал Костя. — Я вместе с Михайлюком, я сумею… вот увидите!
— Это ты брось, шутки шутить не время.
— Я сумею, — упрямо повторил Костя.
Семенцов посмотрел на Михайлюка.
— Что ж… пускай, — проворчал тот.
Семенцов подумал, что мальчишке, пожалуй, и правда лучше остаться, чем ночью пробираться вместе с ним по степи. Один он быстрее управится. А днем Костя и без него найдет дорогу.
— Ну смотри, парень, я за тебя в ответе. А может… пойдем? — на всякий случай спросил Семенцов.
Костя глянул на него исподлобья, промолчал. Семенцов ушел.
2
Когда Аносов, не слушая предостережений Михайлюка, покинул его дом, он не думал о возможной опасности. Кто узнает его в этой свитке, сбитых сапогах и дырявой соломенной шляпе? Аносов не подозревал, что как раз шляпа и представляет для него опасность. Михайлюк тоже ничего не знал об этом. Начальник гестапо позаботился о том, чтобы население не догадалось, кем он интересуется и почему.
Итак, Аносов благополучно добрался до амбара Рыбаксоюза, высмотрел все, что нужно, и решил задержаться в городе и вызвать на помощь Семенцова — настолько важно было то, что он узнал. Рядом тянулся в сторону моря глубокий овраг. Аносов улегся на склоне оврага, надеясь выяснить время смены караула возле склада.






